В. Соловьев. Общий смысл искусства

Связь искусства и природы… состоит не в повторении, а в продолжении того художественного дела, которое начато природой ¹…

эту мысль он даже не подвергает сомнению и повторяет на протяжении всей статьи; природе приписано художественное творчество(!); и добро, центральный девиз всей его философии, состоит в «солидарности всех» — людей и природы (77)

Итак, красота нужна для исполнения добра в материальном мире…

служебная роль красоты и самой природы – все для «добра», совершенно невозможная утопия; и далее:

Для своей настоящей реализации добро и истина должны стать творческой силой в субъекте…

эта сила преобразует действительность и возводит природу к «идеальному началу», результат «всеобщей солидарности»: тут призыв одухотворять материю, «вещественное бытие», и вывод:

Совершенное искусство должно… одухотворить нашу действительную жизнь. (90)

тексты Вл. Соловьева надо читать с определенным приуготовлением: вы встретите такие утопии, такие мечты, что просто невозможно воспринять это критически, иногда его текст напоминает мне абстрактную живопись, где одни кадмии

все начала, все силы – Бога, человека, гения, природы – мобилизованы для реализации странной идеи всеединства, придуманного Гегелем; есть умы, которые просто не могут существовать и мыслить в условиях конфликта, разности и распада; им непременно нужно навести полный порядок в мироздании

мы в наше время уже понимаем условность категории этого мифического «добра», которое разлито повсюду, но которого, увы, совершенно уже не заметно среди людей; за миф быстро ухватились и его используют повсюду самые отпетые мерзавцы

искусство отвергло эту утопию в числе прочих; оно не желает никого и ничего одухотворять – ни камни, ни толпу, ни историю – его задача пронести начала духа и красоты, сохранить настоящие мифы и таинства, сохранить человеческое вопреки и природе, и истории

эти художники и мыслители имели мужество признать человека единственной духовной, разумной и творческой силой в мироздании; тут ему более не на что рассчитывать: ни на природу, ни на Бога; вполне согласуется с библейским – Божиим заветом человеку

Достоевский назвал это духовным реализмом

трудно объяснять такой термин, составленный из антиподов, ведь именно о духе мы мало знаем реального; так ведь с другой стороны, искусство и призвано соединять начала и создавать божественный синтез

философия Соловьева часто напоминала мне прекрасный сад, который поражает взгляд путешественника по России: кругом эти бедные деревни, убогие подворья, облезные заборы с дырами в них, пустынные поля и дикий лес, неприветливое серое небо, ветер, дождь… и среди этого убожества и дикости – цветущий сад

мыслитель находит нишу, чтобы в ней удобно уместиться и создать единство, достичь цельности – если не всех начал, так на своем локальном уровне; так сказать, вселенская гармония в местном масштабе – и такой мне всегда представлялась философия Соловьева, несмотря на ее космический размах

потому что тут уже дело не в масштабе – уровень сознания и развития интеллекта у таких людей сомнению не подлежит – а в способности игнорировать одни начала, чтобы предпочесть им другие; и так возникают ниши, в которых философ может спокойно развивать свое «всеединство»

вот тут и отличие его от таких людей, как Достоевский или Лермонтов; потому что такой философ – род блаженного, он нежит иллюзию, излагает свою духовную утопию, в которой царит согласие, полная лепота – а трагический поэт соединяет небо и землю, рай и ад, и гибнет в этом невозможном, смертельном усилии

и вот еще мысль: как же далек он от обычного читателя, от обывателя, для которого и утопия Соловьева далека, как звезда небесная!..

1. 2е собрание соч. Т.6, с.75