От пешки

Никуда не пойду с людьми…
С. Есенин

без людей – это просто совершенно ответственная и последовательная позиция мыслящего человека, который сумел наконец собрать силы и оторваться от демагогии, как от старого причала, на котором сидел годами и смотрел на море – мечтая

ибо на большее просто не было силы и мужества; для творческого человека, все обращенное к людям – политика, пресса, беллетристика – это недомыслие и непоследовательность, и тут меня, во-первых, интересует именно структура творческого элемента

тут идеология в ранней стадии становления, неокончательное решение проблем индивида, неоформленность и незрелость; творчество – это развитие, однако это развитие бывает имитацией, призванной прикрыть эти пропасти и зияющие дыры связей и отношений, несовершенство или порочность которых мы терпим во имя иллюзии счастья и полноты

на самом деле человек идущий сбрасывает все это и смело признает полное одиночество мыслителя или художника; на определенной стадии он понимает, что идти с людьми, жить полно и радостно среди людей совершенно невозможно – в этом просто убеждает реальная практика существования, если посмотреть на него открытыми глазами

вот это самое трудное, учитывая наши привычки и традиции прикрывать глаза на слишком многое: начиная со школы, нас учат именно этому, а именно: принимать общественные догмы, ложь истории, фикции отношений во имя каких-то совершенно мифических ценностей типа этого надутого образа родины или сомнительных радостей родства

на самом деле в этом «общем доме» сплошь симулякры, разумеется – и тут не всегда порок или прямая вредная ложь, не всегда умысел: просто иначе невозможно организовать этот рой; нас убедили, что человек «общественная скотина» просто потому что только так этим стадом и возможно управлять

так думают те, кто пребывает в иллюзии, будто они нами управляют

 

этой иллюзии помогает вся машина общества, где, конечно, декларируется одно, а строится совершенно иное, и так уж повелось давным-давно; просто оказывается, что нам не так дорог смысл: в социуме он просто отрава – как этот свежий воздух, от которого у непривычного горожанина вдруг начинает болеть голова

поэт это понимает по-своему, его путь – сублимация, он отрывается от земли и скользит в синюю высь одиночества, и постепенно воздух густеет и удерживает его на лету; и он осознает, что возвращение вниз уже невозможно, и он пытается перебороть это отвращение – напрасно, в нем просто пробудилась истинная природа

это понимает мыслитель, который вдруг осознает совершенную бессмыслицу того, что творится на площадях и аренах; иные призывали к пересмотру морали, но это же нелепость: толпа живет именно по той морали, которая ей подходит, и переделывать суррогаты – бессмысленное занятие

это понимает артист, который ежедневно представляет им привычную похлебку; хотя бы немного сдвинуть их с мертвой точки, обозначить какое-то просветление, какое-то движение духа!..

он отравлен их вниманием, его втягивают в эту гущу, и уже жаждет аплодисментов, как наркоман, и редко осознает, что это отрава, и привычка спасает – до поры… парад марионеток, театр маэстро Николаса из бессмертного «Кихота»

разбить марионеток, к черту перевернуть всю арену! – всю жизнь — и начать жить самостоятельно и свободно, перестать быть пешкой, которая знает лишь один ход и ничего не решает в этой странной игре

Р. Магритт. Потерянный жокей

Магритт часто писал эти пешки, которые воплощают какую-то максимальную обезличенность индивида; они вне игры – это ясно – и одновременно странным образом и вне природы, потому что совершенно нелепы эти ветки, которые из них растут – и у них нет корней

тут, собственно, все сказано о современном обывателе, и художник ощущает себя странным образом, связанным с этой игрой, в которой нет ни смысла, ни правил, ни цели; всадник пытается продраться сквозь строй, однако ощущает себя все более мелким, ничтожным и превращается в фигуру

еще он писал какие-то фанерные профили, и эти фанерки на фоне штормового моря – бледные тени, прорехи, сквожения вместо живых существ; возникает вопрос, каким образом, когда и как человек обретает истинное значение?..

Р. Магритт. Украшение грозы

даже вещи — и те вполне понятны, и несут некую функцию или даже значение; только человек ощущает свою явную неполноценность на фоне заявленной миссии! – это проблема современного «массового сознания» (что это такое?), в котором социология, политика, идеология стирают антропологию и метафизику

человек-фанерка уже вообще лишен каких бы то ни было мыслей, он как стандартный мешок, который туго набивают вещами – и катится по жизни без вопросов и сомнений и в философском плане, в этом бурлящем океане Жизни он просто не существует

 

без людейне каприз, а зрелое решение; единственная возможность вырваться из этого порочного круга, который все пытаются как-то реформировать, однако эти попытки порождают лишь новые и новые катастрофы; до поры они могут быть незаметны

только человек мыслящий, познавший уединение, жизнь в самом себе, понимает, какое чудовищное искажение порождают эти игры – и это омертвение; Магритт прав: шторм настоящей жизни идет на заднем плане, однако обыватели ее не знают и знать не желают

давно уже все усилия направлены на то, чтобы вписаться в строй, доказать свою причастность, участие, значение – остальное давно уже не играет никакой роли в этом театре «реальности», где имеет значение лишь материя и все давно и вполне намеренно забыли о духе

художник ощущает гнетущую пустоту на этих аренах, где «мильон меняют по рублю»; отсюда и скепсис в отношении самых разных либеральных доктрин, которые прекрасно выглядят на бумаге или в эфире, однако на означенных аренах превращаются в обычную и привычную дрянь

данный тип социума — его глубина и культура, уровень развития и горизонт ценностей — определяет всю ситуацию, и невозможно взять и повернуть доску или смешать фигуры, расставить снова и начать играть другую партию: ничего не получится

 

персонализм не означает презрения или отвращения – как раз наоборот: чтобы уделить внимание явлению, оценить его, надо выделить, надо разделять, а потом придать этому явлению его значение, ни более ни менее; формула «с людьми — за людей — против людей» лукавит: на самом деле давно уже осталось только последнее звено

а вот без людей – это действительно честно и позволяет развить хоть минимальную объективность; конечно, надо понимать, что я описываю тут ситуацию трагическую и совершенно не склонен за нее агитировать или рекомендовать ее как стиль жизни

впрочем, трагизм жизни – кого этим можно испугать в наше время…

это проблема существования чистых субстанций: в мире все в смесях, начиная от металлов, которые мы находим в глубинах земли, кончая самим человечеством, которое наговорило и написало много красивых слов о духовности и Боге и стремится реально жить без всего этого, причем уже очень давно

до поры человека устраивает этот суррогат, однако некоторые прозревают и желают чистых сущностей, жаждут смысла; я думаю, с этим родятся, некий дар (а каждый высокий дар есть одновременно и проклятие, не так ли) – и человек идет к смыслу, и тут начинаются значительные трудности

он с ужасом понимает, что в сущности окружен какой-то фанерой: ничего живого, ничего настоящего, никаких идей, все ценности – липа, в общем, пустота; так начинается долгая дорога к себе

 

естественно, люди все трактуют в свою пользу; сами сюрреалисты тоже представляли свой путь как антибуржуазный бунт, как будто человеческая природа прекрасна по своей сути, а вот буржуа ее испортили своими деньгами и пороками

оно, конечно, верно, только надежды найти такую природу вряд ли реальны; искусство – это глубокое исследование, фонарь Диогена, и в нем декларации никогда не соответствуют реальному направлению поиска

мы и сегодня, я вижу, скрываем истинные свои заботы и тревоги, выставляя на витрины невинные лозунги типа минимализма или концептуализма; но в глубине идет все тот же напряженный поиск на главном направлении – и столь же безрезультатный

настоящий художник глубоко озабочен главным: состоянием современного сознания, кризисом ценностей, упадком духа, а стиль, разумеется, лишь форма представления идеи…

 

тут есть еще один аспект, связанный со стилем – стилем жизни

а эта общая жизнь теперь совершенно иная, ведь, действительно, жить в племени не то же самое, что в классовом обществе, где образована компактная культурная группа, не имеющая ничего общего с плебсом; то же касается и современного глубоко стратифицированного общества

у нас уже совершенно другое сознание, и хотя на каждом углу они кричат о какой-то общности и общественных ценностях, хотя у нас существует это глупое всеобщее избирательное право и звонки в прямой эфир, на самом деле только слепой не увидит глубочайшего разобщения

мы стали все слишком разными, причем не просто разными по статусу или сознанию – разные векторы ведут нас в совершенно разные стороны, так что разобщение нарастает до полного непонимания

это отражается на каждом шагу – например, на прогнозах, которые все не попадают в точку; сегодня ничего невозможно спрогнозировать ни в политике, ни в экономике; невозможно предсказать эффект мер в хозяйстве или образовании – но как можно жить, как управлять огромной страной, если ничего нельзя предсказать?..

это не единственная причина подтасовок на выборах и победных отчетов, в которых все ложь, однако надо понять и власть: современная страна не может жить в условиях полной непредсказуемости; а они на самом деле не знают, что думает и как желает жить народ

социология, статистика – впрочем, все это давно стало предметом шуток, не более того; есть молчащее большинство, которое никогда не суется в эфир и никогда не отвечает на вопросы, но если выходит из берегов, может к черту смести любую власть – мы это видели в разных странах не так давно

я не понимаю, чем живет этот мужик, который целый день возится со своей машиной и вылизывает ее; не понимаю его забот и интересов – вообще, что его интересует? – что волнует? – и он никогда не поймет меня, моих книг и вопросов; мы энигмы друг для друга

это всеобщее явление энигматичности мира, в котором все говорят «ага!», однако на самом деле никто никого не понимает: нет ни общих целей, ни общих ценностных установок, так что тонкая поэзия, глубокая живопись Магритта существуют рядом с женским боксом

и есть люди, которые с глубокой болью смотрят на современного человека и за этим разнообразием типов и характеров видят разломы, рождающие безнадежное непонимание и разобщение

однако никаких массовых драм: это болезнь немногих, потому что человечество преодолело соблазн преображения, отвергло личность и выбрало рой; и мы пишем, мыслим, мучаемся этим не с тем, чтобы взять да исправить заблудшую толпу: просто тоскуем по человечеству

14 января 2018