ГлавнаяИдеиФилософия в цветеЖ. Бодрийяр. Машина

Ж. Бодрийяр. Машина

Является ли в таком случае нынешний индивид индивидом полностью фрактальным, то есть не разделенным — что все еще гарантировало бы ему некоторую, пусть и проблематичную, целостность, — но рассеянным, размноженным…

это ключевой вопрос, которому Бодрийяр посвящает много размышлений и отрывков своих книг: фрактал – раздробление, распыление, исчезновение индивида (чье название индивид именно и происходит от неделимого, целого)

они не знали совка, в котором эта фрактальность попросту стала основой всей политики власти, которая стремилась превратить людей в стадо, в массу – так их и называл великий вождь, а также его последователи, которые не видели никакого толку в отдельно стоящем индивиде, не говоря уже о личности

черта силовых режимов этого страшного века: они крошат людей, а потом делают из них частицы, детали, массы, по лекалам; все диктуется потребностями машины…

М. Дюшан. Сюжет 4

Марсель Дюшан открывает в кубизме новое измерение

у него всегда происходит стирание субъекта; таковы даже самые простые рисунки обнаженной натуры, чья поза как бы замкнута, обращая человека в некую массу – или механизм

мысль Бодрийяра внезапно бросает свет на эти картины:

Все наши машины желания сначала трансформируются в устройства по производству исключительно сценических эффектов, а затем становятся всего-навсего конструкциями в духе Дюшана — машинами на холостом ходу, механизмами, работающими абсолютно впустую. Режим обратного отсчета не что иное, как режим неизбежного исчезновения мира

тут ведь речь о человеке, который попадает в режим машинной цивилизации, и дело не в том, что он становится придатком машины или гайкой – это все уже банальность, — но трансформируются его чувства, желания, да и сегодня эти процессы пошли страшно быстро

люди, прикованные к экранам, – новое явление нашей цивилизации, и поневоле представляешь себе эти миллионы жертв огромной виртуальной машины, Матрицы, к которой они все присосались и не в силах уже оторваться, и огромные фрактуры проходят через их сознание

«машины на холостом ходу», совершенно бессмысленное занятие, все меньше творческих профессий – все больше исполнителей, механизация, автоматизация труда и самой жизни, и ведь тут человек играет с компьютером уже почти на равных…

я вижу массу взрослых людей, которые в метро, в минуты ожидания, на отдыхе склонились над гаджетами и играют в детские игры; у них угасает сознание, нет размышлений, нет внутреннего мира… ну иначе они не могли бы так проводить время жизни

и, собственно говоря, там, где вы ожидали найти человека, вы найдете уже… нечто иное

да иначе и быть не может, потому как эти мои желания, идеи и фантазии, простите, не учитываются, они никого не интересуют; тут все стандартизировано и все подчинено единому торжественному ходу «цивилизации», куда и зачем – черт его знает

 

Бодрийяр отмечает мучение человека в рамках этой странной цивилизации, его попытки вырваться, последние судороги «предпоследнего живого»

Автомобильное движение, в котором осуществляется, по сути дела, в соответствии с канонами драматургии смерти: водители без конца создают чрезвычайные ситуации, они непрерывно бросают друг другу вызов, однако всякий раз абсолютное большинство из них самым непостижимым образом не пересекает некой последней черты

у него была мысль о людях, которые всеми силами пытаются удержаться на этой черте, но не скатиться снова в долину скорби современной жизни, жизни несчастной, где ни их слово, ни их творчество, ни любовь не находят отклика

М. Дюшан. Невеста

странные трубки не трубки, руки не руки, непонятные механизмы, которым нет применения и нет никакого объяснения; современный человек ощущает себя не в своей тарелке и с ностальгией читает старые романы, где мужчины были мужчинами, а женщины все еще женщинами, и крестьяне не стыдились своего племени

 

Дюшан понимал этот ход мыслей очень ясно и видел отчетливо уже в 20е гг., куда катится человечество, одержимое жаждой наживы и рационализации, отсюда, его скомканные кубистические фигуры – уже не люди и еще не совсем машины – безысходно завязанные на бессмысленную операцию непонятной природы

Бодрийяр говорит, что сегодня люди равнодушно смотрят тв, как привычную жвачку, но их захватывают сцены смерти, известия о катастрофах; человечество мыслит о смерти, живет этим, переживает эту неизбежность ежеминутно

словно люди ощутили свою уязвимость: вещи мстят за их порабощение

Вещи — а сегодня все опосредовано предметами или знаками — пробивают в структурах этой жизни некие бреши. Счастье и несчастье, подавленность и экстаз связаны, таким образом, исключительно с вещами, в том числе и с наркотиками…

и человек ощущает себя все более вещью

«я как машина гоняю с утра до вечера» — признается одна женщина; в нашу речь давно вошли исключительно механические сравнения – и ушли все качественные нюансы и оценки

этот процесс омерщвления вселяет большую тревогу в мыслителей нового времени; Чехов как-то заметил: «Человек не замечает, как он меняется» — и эта простая мысль сегодня выступает в новом свете

ужасно то, что буквально вся окружающая жизнь построена таким образом, что вовсе не учитывает интересов и духа человеческого, как будто их уже нет; сотни мелких деталей – интересы молодежи, их речь и манера общения, презрение к знанию, суррогаты, кричащая пошлость, реклама на уровне полного кретинизма и киногерои с одной извилиной

все вместе это порождает новую культуру, которую вполне можно назвать античеловеческой; и она действительно толчет людей в огромной виртуальной ступе

 

однако искусство не пожелало мириться с подобным положением дел, да иначе и быть не могло; последователи Дюшана – сюрреалисты намеренно производят эксперименты по расколу и разбою всех возможных фигур, однако это движение от противного

Магритт пишет фигуры из камня, однако эта каменность порождает в нас резкое противоположное стремление и действует как вполне уместное и понятное предупреждение

у самого Дюшана есть что противопоставить этой механизации, убийству человека – собственно, в этом и заключается одна из миссий искусства, которое не отдает так запросто живой жизни и живой души

мне кажется, оно переварило этот кризис, и снова краски сияют на изумительных полотнах, только вот мне страшно за иных водителей, ну и, конечно, за их потенциальных жертв…

М. Дюшан. Дома

25 июня 2018

Показать статьи на
схожую тему: