Без драки

мы объясняем детям, что у Чацкого конфликт с обществом, только это один Чацкий и почувствовал, и то половину выдумал, по глупой юности; Пушкин в своем романе так искусно укрывает конфликт двух «друзей», что и до сих пор мало кто ответит на вопрос, отчего вся эта дуэль и убийство

а уж Лермонтов так тонко строит конфликт, такую сцену разыграл, что это не конфликт, а просто брюссельское кружево; Гоголь комедию ошибки разыграл, да и Островский так и не написал настоящий конфликт, а уж ему по чину положено; ну какой конфликт может быть у Обломова!..

Достоевский даже не смог себя заставить толкнуть героя на настоящий шаг, мы снова описываем некие внутренние конфликты, и Ставрогин тоже не вносит новизны: все это слишком тонко, символически изображается… словно это сознание не терпит открытых столкновений

при этом, мы же знаем, как он умел писать и страсть, и прочие сильные ощущения, но даже в самых крутых сценах нет самого столкновения людей, просто кто-то чудит… да и суть его художества не в том

сам Достоевский в письме смеется над неким Марковым, который изображает лепоту нашего быта, только в эти же недели пишет исповедь своего старца, желая дать светлый эталон православного жития (во всяком случае, так описывает это в письмах)

короче говоря, кого ни возьмешь – нет конфликта, словно они описывают жизнь если не ангелов, так людей, физически не способных наорать на кого-то; жаловались, что в совке не было конфликтов, так будто прежде они были! – что же это за беллетристика?

да и в живописи то же самое, и какой-то тайной истомой и негой пронизаны эти леса и дали, разливы вод и портреты людей

я писал про Европу, где все пронизано борьбой, конфликт не надо искать – он на каждом шагу, а тут все наоборот, что еще раз подтверждает: между нами вообще нет ни одной общей черты

*

я не думаю, что это отсутствие драматизма, конфликта – слабая черта нашей культуры; мы слишком привыкли к европейским лекалам, нам Шекспира подавай, однако (не раз было высказано это мнение), на русский вкус, ваш Шекспир – совершенный дикарь

на сцене глаза выкалывают, пять трупов валяются в апофеозе, так сказать, — да об этом наш художник и думать не желает — варвары! – и может не достигает такого напряжения и до сих пор на это не способен, хотя и копируют американцев, но, видимо, тут было нечто иное

весь пафос этой культуры духовный, и хоть разные авторы не высказывали его открыто, но тут всегда искание, всегда духовная жажда, которая таится за речами и поступками героев; и вот именно эта укрытость и делает ее убедительной

и конечно тут сублимация; эта фраза Гоголя – поразившего публику мрачной картиной разложения всех сословий – что искусство есть «воспоминание о небесном рае», не просто фраза, а чистая правда – и завет

хотя конечно сейчас сравнение наше с Европой будет не в нашу пользу (если вообще подобные сравнения имеют какой-то смысл), тем не менее к чему пришла эта культура? – к опустошению и скепсису

мне кажется, там уже лет тридцать или больше, в основном, производится эстетический шум, сплошной Тайм-сквер, мощное массовое действо при полном отсутствии значимых фигур и идей…

*

а тут пустота; однако важно понять, что это за культура, снова раскрыть ее – уже по-новому, как мыслит сегодняшний человек; только сделать это возможно в общей художественной практике, в творческой среде, а не личным усилием; ведь именно такая среда и направляет мысль и придает ей значимость

и если основные идеи высказаны, то главная ошибка, на мой взгляд, именно в этом полном и безоговорочном обращении на Запад; мне понятна эта мода: люди, которые избрали творчество, не чуют в себе этой гармонии начал, этой возвышенности, этого духа

слишком многое свершилось на этой земле, чтобы окончательно опустошить ум творческого человека, и нужно обладать могучим даром, развитым сознанием, чтобы перебить эту пустоту

без пустой драки, без выдуманных конфликтов, без этих дурацких погонь и чудищ – вновь обрести тот свет, ту веру, по-своему взглянуть на мир Божий… сегодня это требует полного отречения и подвига

*

да нам не привыкать

из скепсиса, из мрачного пессимизма, в зияющей черной пустыне безбожного мира, художник, который не видит никакой надежды, который писал пустые распятия посреди хаоса – пишет эти иссушенные фигуры в рванье, и они в черном отчаянье рвутся к Богу

войны отгремели, на Земле пустота и смерть – говорит нам последний пророк Здислав Бексински – но если остался хоть один мыслящий человек, он все равно совершит этот последний рывок

возможно, нужна катастрофа, нужна настоящая трагедия, чтобы люди наконец осознали где правда, а где ложь; очень не хотелось бы стать живым свидетелем такой развязки…

Дискуссия

получается какая-то идиллия, никаких драк и конфликтов, но так не бывает; мы видим столько хамства и отчуждения, такую глухоту и враждебность на каждом шагу; тут же все против всех – современная русская идея

я не писал об идиллии, а писал о пустоте и скепсисе, но «пафос этой культуры духовный» — вот что главное; а жизнь – да, полна вражды и хамства, и тебя не услышат, и тебе навредят… отчего же мы так живем?

не думаю, что и тут есть какой-то значимый конфликт, то есть столкновение идей, реальных жизненных сил или интересов – это следствие, скорее, той апатии, мертвого равнодушия, которое и есть в русском человеке следствие безыдейности и беззвездности

он может воспарить, умеет мечтать и стать тебе братом – да ему для этого нужно вдохновение, просветление, ему цель, смысл нужны! — а изображать этикет ему лень, не научен и не воспитан так; а иногда неплохо бы изобразить…

именно поэтому и говорю, что мы совершенно другие, чем европейцы: те внешне все заодно, настоящее общество (на самом деле, как объяснил Дебор, это «спектакль»), а внутри разобщены, кипят противоречия – а у нас все наоборот: внешняя разобщенность, да только тронь страну – все как кулак

1 сентября 2017

Показать статьи на
схожую тему: