Полиид

Полиид попался на том, что был поэтом и прорицателем и нашел верный эпитет для трехцветной коровы, то есть показал причастность не только к тайнам, но и к искусству; за что Минос и заставил его искать тело умершего сына Главка – а тот умер, упав в бочку с медом, весьма точная метафора детства, — но Минос на этом не успокоился: он посадил Полиида в темницу вместе с телом своего сына, заставив его оживить Главка

когда мальчик открыл глаза, он, естественно, попросил дядю рассказать ему, что с ним произошло; и Полиид рассказал ему следующее:

— Когда я сидел тут, то совершенно не знал, что делать. У профанов странное мнение о всесилии знахарей и прорицателей, к тому же, понимаешь, Главк, они путают эти понятия… И тут я вижу, как змея подползла к твоему телу, и я убил ее камнем, тогда явилась вторая и приволокла травы, которыми облепила тело первой змеи, и та ожила.

— И они уползли? – спросил мальчик.

— Да… уползли… И я то же самое сделал над твоим телом, и Главк открыл глаза.

часто эти абсурдные истории кажутся совершенно бессмысленными, но не надо спешить…

мудрец вечно учится у природы, у людей… И тут понимаем эту сказочку как миф о педагоге, потому что оживить тут и значит: обучить, раскрыть глаза, вырвать из медового неведения детства, это к тому же узник, который не выбирает, именно учитель, который должен учить всех подряд, — похоже на нашу сегодняшнюю ситуацию;

он использует силы природы, при этом мне нравится в этом мифе именно случайность происшествия: Полиид вовсе не знал, как ему оживить сына тирана, пока не увидел змей; проявил настоящую наблюдательность, а не пустой страх…

однако это еще не конец: Минос заставил Полиида научить Главка искусству прорицания, иначе не отпускал его с Крита; тот научил мальчика этому искусству, и юноша продемонстрировал свое умение перед царем, но перед отплытием с Крита Полиид заставил его сказать «тьфу» ему в рот – и Главк тотчас забыл все, чему его научили

тут уже следующий этап принудительного обучения: тело и дух тут разделены, и попытка ввести ребенка в высшие таинства ничего не даст: он все равно остался дикарем, который способен осквернить учителя; природа высшей мудрости прикровенна, тут некая система тайного знания, которую нельзя просто скопировать

разумеется, тут еще и корпоративный принцип, который мне всегда был приятен; нельзя было передавать премудрость сыну тирана — поучительный миф в эпоху, когда все учат всех без всякого разбору, так что есть определенный страх, как бы вся наша планетка в одно солнечное утро не загремела ко всем чертям…

но меня этот сюжет интересует с иной точки: почему Полиид не хотел передать Главку свою премудрость, ведь кому же еще ее передавать как не ребенку, которому он вернул жизнь? — и разве педагог не хочет учить – в этом его миссия, смысл его жизни? — но этот миф уникален именно тем, что развивает совершенно иную педагогическую философию…

не всегда надо передавать премудрость – и не всем и не везде, и наши усилия сохранить ее, пронести таинства сквозь смутное время наивны, потому что не мы придумали эту мудрость и не нам ею распоряжаться; мы сами себя признаем лишь ее носителями, и все? – так и поступать надо как носители, как тот раб в Евангелии, который удвоил достояние, но ни к кому не лез с разными смелыми проектами, а ждал господина…

Полиид понимает, что его ученик вынужден будет служить тирану, и в отличие от хитроумного (и только) Дедала, не желает, чтобы его мудрость стала орудием угнетения и вражды, и он прав; а мы не правы с нашим вечным стремлением спасти мир: как только узнаем алфавит, сразу спешим спасти мир, несчастные уроды…

однако и это не все: остается последний вопрос, почему же он учил Главка и потратил все свое умение и время, чтобы научить его тайнам прорицания – чтобы потом все смыть и подвергнуть себя ужасному риску, ведь он имел дело с самым циничным тираном в истории…

и я слышу их второй диалог

 

ГЛАВК. Теперь я вижу будущее, умею по приметам, внутренним органам предсказывать судьбу, отец, дважды дал мне жизнь, а теперь еще и научил видеть будущее… Не знаю, чем я смогу отблагодарить тебя.

ПОЛИИД. Это только мой долг. К тому же, наш тиран сыграл в этом свою роль.

ГЛАВК. Что значит тиран перед всесилием мудрости?

ПОЛИИД. Как ты сказал? Всесилием мудрости? Ты что же, уже полагаешь себя всесильным, Главк?..

ГЛАВК. Но разве не дает нам силу знание о будущем? Разве оно не важнее всех сокровищ и войска?

ПОЛИИД. Возможно… возможно… только мне кажется, ты не совсем верно понимаешь свою судьбу и миссию…

ГЛАВК. Объясни мне, в чем моя ошибка.

ПОЛИИД. Трудно сказать… У каждого жреца своя судьба и свой путь. Ты уже не ученик, ты идешь своим путем, и я не могу прорицать судьбу прорицателя – это, согласись, тавтология хуже некуда… Масло масляное!

ГЛАВК. У меня впечатление, что ты уходишь от ответа, Полиид…

 

Полиид думал о том, что боги создали род Миноса для того, чтобы править, и он всю свою жизнь убил на завоевание острова, и вскоре он станет самым могущественным царем и пиратом Средиземноморья, и никакие оракулы и учителя не смогут объяснить этому мальчику, что он просто создан из другого теста и не может понять Полиида, хотя Полиид его любимый учитель и гораздо ближе царя

мудрость существует сама по себе, в своем мире – а власть в мире реальном, которым она и правит; эти две реки никогда не сойдутся и не образуют единой реки

наверное, в этом заключается мудрый замысел богов, подумал он, потому что людским стадом невозможно править с позиции премудрости – только с позиции силы и обмана

тут нужно делать выбор, и любая личность – это выбор, который она рано или поздно совершает; можно помочь, что-то разъяснить, однако часто это только мешает выбору

да и как понять, готов человек к выбору или нет?

ГЛАВК. Ты меня слышишь, учитель?

ПОЛИИД. Да-да… дай-ка мне эту чашу, спасибо, милый… я вовсе не хочу отмалчиваться, но… ты же знаешь прорицание Миносу: он станет могущественным царем. И если ты знаешь его судьбу и она так высока, как же ты можешь бороться с ним? И разве в этом твоя задача?

ГЛАВК. Ты хочешь сказать, что мудрость не всесильна? Что я должен прислуживать тирану?

ПОЛИИД. А как иначе? Я вижу, Главк, что не объяснил тебе самую важную вещь о нашей великой касте. Среди нас не было и нет героев, которые хотят изменить мир, низвергнуть тирана или установить на земле всеобщую справедливость.

ГЛАВК. Разве это дурно?

ПОЛИИД. О, нет … просто это не наша задача. Мы читаем книгу судеб, вот и все; при этом, ты должен быть готов к тому, что большинство людей будут относиться к тебе с пренебрежением и равнодушием, и многие не поверят ни одному твоему слову. Тебе нет не только победы – но даже места у них за столом, потому что ты, как черная птица, можешь принести лишь дурные вести – а все добрые вести и так у них в голове постоянно, и называются они мечтами. Люди и живут мечтами —

ГЛАВК. И не хотят узнать правду?

ПОЛИИД. А зачем? И что есть правда? Ты знаешь Акея, богача, и ты знаешь о том, что через год он умрет в муках, так разве это правда? Правда его в том, что он наслаждается жизнью и имеет африканских рабов, и даже не думает о возможности такой страшной кончины. И если бы думал о ней, не смог бы жить…

ГЛАВК. Что значит «его правда» — правда одна, единая для всех. Или это не так?

ПОЛИИД. Это не так. И не надо к этому стремиться.

ГЛАВК. Значит, мне нет места среди людей?

ПОЛИИД. Получается, что так… ты живешь в двух мирах, иначе как мог бы ты стать прорицателем? – ведь для этого надо заглядывать в мир иной, в будущее, которое знают только боги. Не знаю, зачем, но мы необходимы среди людей, хотя люди не слушают нас и изгоняют, и стирают наши слова, как дурной знак… Нас избирают боги своими голосами, вот и все, и само наше избрание и путь – прикровенны, и никто из смертных не может понять их.

ГЛАВК. Боги – но меня избрал Минос – однако он исполнял волю богов!

ПОЛИИД. Минос – волю богов — действительно очень таинственны пути провидения, и часто бывает, что их воля выражается весьма парадоксально, несет в себе противоречия и не знаешь, как с ней быть….

ГЛАВК. Мы никак не можем изменить ее – ты сам меня учил этому.

ПОЛИИД. Да… Мы только несем ее. Она даруется, а не изучается в школах. Но я должен дать тебе последний – самый важный – урок. Подойди-ка поближе, вот так… а теперь, Главк, громко скажи мне в рот «тьфу!».

 

он должен провести последнюю пробу – проверить, стал ли его ученик самостоятельным прорицателем, пророком, а не учеником; пророк никогда не сделает действия, о котором он просит сына Миноса; а если он не пророк, то ему нельзя оставаться с этим зверем один на один…

это поразительный глубокий миф о рукотворной премудрости; собственно, самый актуальный в наше время утери всех таинств, когда мы полагаем, что человека можно выучить всему на свете; и мудрые учителя постепенно возвращаются к пониманию, что их труд штучный и связан более с Богом, чем с методиками

в любой сфере вы доводите ученика лишь до определенной ступени, дальше он должен идти сам, если выдержит испытание нравственности и воли

если будет готов стать лишним в мире людей

30 января 2019

Показать статьи на
схожую тему:

Оглавление