ГлавнаяПутьВечернее Евангелие«Не бойся, отныне будешь ловцом человеков…»

«Не бойся, отныне будешь ловцом человеков…»

Лк.5

По утрам он встает рано — и это не старческое, и не потому что уже выспался, а от какой-то внутренней заботы, от тревоги, которая мучит душу, охватила ее тихим, пронизывающим пламенем и не отпускает; он сидит и смотрит, как встает солнце и начинает зажигать окна домов и лазурь; и вспоминаются слова, сказанные Петром Христу:

Мы трудились всю ночь и ничего не поймали

Так все мы в этой жизненной ночи трудимся, истошно пытаясь в этом своем труде, убогой мирской тягости, выразить сокровенные мечты и устремления, достичь — но чего можем мы достичь в ней? В чем измениться, и разве можем мы, исходя в этом бессмысленном деле, стать на йоту лучше? Преуспеть в истине?

Нет, по сути-то каждый, кто мыслит, неизбежно должен будет прийти к выводу, что «ничего не поймал», но понимает это человек только во Христе. И как же жить? Как работать? Обращая труд в игру, заранее понимая условность всего, что здесь, всего, что можешь сотворить своими руками? Но великие мастера, художники и поэты, создали свои божественные шедевры, мысля иначе… Они знали секрет.

Наверное, они понимали, что земное поприще, и земное творчество надо пройти; все их усилия, весь порыв был направлен не на создание вещи, а на реализацию идеи — они таким образом проходили сквозь идею вперед, сквозь физическую форму /никогда не удовлетворенные ею/ к духовным идеям, все более одухотворяя свою душу, все более истончаясь, и расставаясь, отрываясь от мира, и все гибельнее становилась их песнь.

Это происходило с ними по-разному.

Даже самые чувственные художники понимали это: посмотрите на последние работы Моне, на эти кувшинки — на весь холст одни кувшинки, тут нет смысла, нет художественной идеи… и в этом беспечном цветении вы почувствуете вдруг равнодушие к миру; взгляд его привычно фиксирует соцветия, отражает колорит, но иным цветением уже охвачена душа, и даже в самых буйных цветниках не найти ему аналогии.

Сквозь эти цветы он уходит в небо…

Лк.5.6

Они поймали великое множество рыбы, и даже сеть у них прорывалась…

И потом они позвали товарищей на помощь, однако обе лодки стали тонуть! Слепые прозревают — и слепнут от света, голодные насыщаются и гибнут от еды. А духовное прозрение — самое трудное, и большинство из нас совершенно не готово к нему. Мы даже отдаленно не представляем себе этот улов; мыслим привычными земными, физическими категориями, потому что мы в существе своем плотские, земные, от мира сего. Призыв стать не от мира сего призывает не просто принять решение — переродиться, стать другим человеком. Это даже вообразить сложно, и лишь великие наши подвижники понимали его…

Мы призываем Христа, но совершенно не готовы к такому улову, трудно и редко чувствуем Слово, не готовы расстаться со своими предрассудками и блаженной слепотой, не готовы пострадать. Наши лодки не готовы для лова. Наши души — для Слова. Они различают слова, но не озаряются смыслом.

И дальше:

«Выйди от меня, Господи, потому что я человек грешный!»/8/

— потрясающий душу крик Симона, которому предстоит стать Петром; в нем всегда была духовная прямота и честность, и в этот миг он вдруг понимает: это чудо, и сотворил его Бог. Ужас охватывает его, тысяча новых ощущений и чувств; перерождение потрясает все его существо, которое может пока только корчиться и бессильно кричать: «Выйди от меня, Господи…»

Что чувствует человек, встретив Бога? Каково первое чувство? Описывали восторг, удивление, упоение, молитву… Это описывали те, кто не встречал…

В этот момент он впервые чувствует всю свою греховность, мелочность и плотскость; кричит тварь, чувствуя разрывающие плоть крылья, огромную Душу, зажженную Явлением! Страшный миг…

Ведь в убожестве нашем нам уютно, признаемся в этом, привычно, и можно немного поцарствовать, покичиться своими талантами и познаниями — они ведь чудятся нашему ограниченному рассудку такими великими на фоне окружающей серости. А тут все просвечено светом высшим, ибо сама Правда перед нами.

А ведь описан эпизод, который происходил, вероятно, с каждым из нас. Со мной он происходит регулярно, увы… Господь не входит в грешную душу. В мелкую и боязливую душу испуганного и усталого человечка Он никак не войдет: душа пугается и содрогается, в ужасе шарахается от света; ничего тут не поделаешь, нужды годы, десятилетия, чтобы она перестала метаться и вопить: «Выйди от меня!» — смирилась, свыклась со светом… Более того, стала душою живою…

/9/ Написано, что ужас обуял Симона «от вида рыб, ими пойманных», так ведь и мы никогда до конца не поймем плоды своих божественных озарений, вдохновение — тайна, и мы с содроганием глядим на плоды своих же рук, на бессонные метания и порывы, написанные нами книги или картины: не наших рук это дело, не Симоном поймана рыба, хотя он своими руками вытаскивал сети…

Чего же стоим, собственно, мы? И долго человек отвыкает от подобных убогих вопросов пустого и плоского эгоизма. Потом понимает, что слова «мое», «мой труд» абсурдны: грош цена твоему труду, если Господь не освятил его.

«Не бойся, отныне будешь ловцом человеков…»/10/

— тут коренной слом в судьбе. И важно, что: вот, был такой рыбак Симон, ловил он рыбу, мучился, когда-то бывали, видимо, у него и удачи /пользовался авторитетом среди собратьев/, и жил он спокойно, однако приходит Иисус и дарует Симону столько рыбы, что тот бросает сети и лодки и уходит с Иисусом. Почему же? Ведь, по логике, если у тебя удача, если удался труд, которому ты посвятил жизнь, ты хоть пожалеешь о том, что бросаешь его в миг удачи, победы? Нет. Духовный, как уже сказано, проходит сквозь земное, и триумф есть миг последний: ему уже тут, на берегу, делать нечего, ведь, во-первых, столько он никогда сам не поймает, а, во-вторых, нечто высшее коснулось его, и теперь он бросает все.

Наши занятия и труды не нужны Богу. Они служат воспитанию, приуготовлению к духовной миссии. Он ловил рыбу как животное ищет воду, как птица летит на зимовье. Но дух сменяет инстинкт, духовный мирского человека; заканчивается тупое корпение, начинается служение. И главная мысль тут: «Не бойся…» В этот миг самое важное — отринуть привычный тварный страх и восстать человеком, вполне человеком — формула, которую вряд ли понимает до конца хоть один из нас… Да и вся жизнь нам дана, чтобы понять одно это слово Иисуса Петру: «Не бойся…»!

8 апреля 2020
Оглавление