Манекен

…нет-нет, просто деревяшка, дерево; когда меня создавали, еще не было всех этих пластмасс; и не все так страшно; конечно, у меня нет лица, однако давайте рассуждать здраво: зачем манекену физиономия? – когда я представляю собой стандартный, вполне обычный, массовый вариант незнамо чего (так мы смеемся и шутим между собой)

теперь я мало общаюсь… то есть, это нельзя назвать общением: вы видите в витринах молодых улыбчивых манекенов: они там торчат, у меня нет иного слова, вся жизнь – торчание; они не меняются в течение всего своего века…

в принципе, лицо даже мешает, обращая излишнее внимание: ну, вот, мимо витрины проходит мужик с огромными усами – и что дальше? – все пялятся на его усищи, а за ними ведь ничего нет! – или эта дама в широкой шляпе, которую она все время поправляет, а помады-то…

люди пытаются придать лицу некое выражение, некое значение, которое на самом деле сами они не слишком ясно себе представляют; отсюда масса недоразумений и стычек, и конфликтов, и обид, виной тому разные лица, которые должны, по идее, выражать нечто прекрасное и высокое и звучать гордо – да только где там…

мой скепсис вполне оправдан, я же не принимаю участие в этой каше, я наблюдаю… впрочем, речь не о них, речь о нас

я, собственно, представляю некий Знак, и не совсем сам понимаю, какой именно, да и не мое дело — это понимать, ведь так? — и тут вопрос философский: насколько вообще человек (буду употреблять это слово для простоты и ясности) – итак, насколько человек понимает собственное реальное значение?

мое мнение: в очень малой степени, и более того: пойми он, что реально значит (и значит ли вообще что-то) – он бы тотчас с ума сошел; в моей позиции существование гораздо безопаснее: я вообще себе по статусу не придаю никакого значения, и в определенной степени еще неизвестно, кто яснее и глубже выражает смысл бытия

попробую объясниться: человек, т.е. реальный, настоящий человек, несет в себе слишком много смыслов, порывов, чувств, недаром же говорят, что человек – это мир; вполне допускаю, целый мир, именно так, только ведь это все в некой глубине, для него непостижимой – ну если ему не удалось развиться в великого мыслителя, конечно

только в последнее время их на горизонте все меньше: чем больше у людей знаний, чем мощнее потоки информации, тем быстрее бегают глаза и тем меньше они вообще что-либо понимают – вот какая странная и дивная формула суеты; и в такой ситуации, согласитесь, манекен имеет шанс

потому что я все это пропускаю мимо, и сие счастливое качество позволяет мне самому быть лишь отражением, лишь знаком, который необходим людям – для самых разных вещей: кто-то напяливает на меня пальто и шляпу, кто-то рисует меня в виде мыслителя, а то и в некой символической картине удается блеснуть

манекен обезличен изначально, вот она духовная нищета, дальше некуда, так что если вы, г-да, принуждены в течение своей жизни терять, так я, напротив, могу лишь приобрести, при известном везении и обстоятельствах…

что именно? – вопрос саркастический, учитывая мое положение; тем не менее, я все же настаиваю на том, что в современном человеке слишком много лишнего; я просто вижу ежедневно этих замотанных, усталых, озлобленных обывателей, которые, как муравьи, снуют туда-сюда

на их лицах нет озарения, все как-то по нужде, и в глазах тревога; словно люди утеряли исконный смысл – и правда, спроси у него, чем, зачем живет, о чем мечтает, и получишь такой ответ, что лучше бы смолчал… грустно; и меня не оставляет мысль, что человек для иного бытия создан

разумеется – я признаю это – мои выводы есть плод моего собственного опыта и фантазии, а как иначе? – и все-таки мне они кажутся интересными; вот, я сам обычная кукла (что тут лукавить), внутри у меня пустота, и в этой пустоте рождаются странные видения, и бродят призраки, и формируются идеи

вот смешно: если бы у меня там были печень, зубы, сердце, почки, всякие сосуды и пр. штуки, которые зудят и болят, я бы все время тратил на них – как делает эта пожилая дама, которая уже два часа обсуждает свое здоровье с соседкой, стоя на балконе – а так формируется иной вектор; в конце концов, субъект – это вектор

да, ведь мое время не занято ерундой, и, по сути дела, я свободен – за исключением тех немного смешных функций, которые вынужден исполнять и которые никак не влияют на мой внутренний мир; собственно, в этом мы похожи на некоторых людей, которые не желают связывать этот свой мир и мир внешний, где они являются на дурацкую работу и выполняют всякие нелепые функции…

какие идеи? – много всякого, так сразу и не перечислить; ну, к примеру, я ведь кто? – вот один вопрос, который можно совершенно бесконечно обсуждать, и уверяю вас, самые серьезные мыслители подивились бы тому, что нам иногда приходит в наши пустые головы…

итак, я кто? – знак человека? – «образ и подобие»? – но какой же я образ, когда совершенно обезличен и мне приданы некие черты совершенства, которого во мне лично вовсе нет (я это, конечно же, понимаю и признаю); а с другой стороны, подчеркнута пустота, говорю же, даже лица нету…

я несу на себе некий Знак Судьбы? – или обреченности? – люди идут мимо витрины и задумчиво смотрят на меня: вдруг путают с живым человеком, потом видят, что это лишь манекен, и, кстати, обращаются более доброжелательно – почему? – да потому, что черт его знает, чего можно ждать от живого человека! а я совершенно безопасен

 

я идея; образ, который не отягчен тонкими деталями или чертами характера; я умею говорить общие истины, не пускаясь в подробности – и, думаю, это свойство, которое и сделало меня героем современного искусства: там все стали мельчить, утеряли идею…

задайте себе вопрос: где находится смысл и ценность нашего существования, даже если не говорить о вопросах веры, о философии: в окружающей нас реальности или выше видимой черты, за горизонтом восприятия, в высших сферах, в Космосе, в Боге?..

да в этой видимой реальности ничего уже не осталось значимого, кроме мертвящей суеты и… да что там вертеть хвостом – по моему глубокому убеждению, жизнь современного человека просто дурацкая; ну, я не вижу в ней вообще никакого смысла, причем абсолютное большинство обывателей вообще не задает подобных вопросов

это очень важно, прошу обратить особое внимание, г-да: вопросы есть свидетельство активного разума, а когда у человека их нет, значит остался… ну, что там осталось – килограмм мозгов…

при этом, есть такие углы, где быть идиотом престижно и выгодно; это порождает смех, это создает атмосферу веселости и легкости, и каждый присутствующий рядом с таким идиотом ощущает себя заведомо выше – короче, масса выгод; люди даже гордиться стали тем, какие они кретины

вот, например, воруют так, что, казалось бы, ничего не должно остаться, а они смеются: гляди, еще полно всего! — вы можете понять изгибы такого сознания? – мне это сделать весьма трудно…

и поэтому быть отражением, пустой формой – это еще не приговор, и даже открывает немыслимые возможности – на таком-то кретинском фоне; конечно, вопрос, что именно отражаешь, ведь не стоит жить в качестве какого-то глупого зеркала…

и я увидел странную вещь… боюсь, мне даже не поверят самые доброжелательные читатели… то есть, я увидел, что некоторые мыслящие субъекты весьма серьезно относятся к подобным теориям; они начинают понимать, что надо меньше говорить – больше слушать, меньше придумывать – больше пытаться понять, и сама истина… она тоже не лежит за углом

такой человек понимает, что в нем скопилось слишком много всего, что следует выбросить – как с воздушного шара кидают мешки с песком, чтобы он взмыл ввысь, ну вот, дошел до любимой метафоры…

но не так просто расстаться с иными мешками; человек привык говорить, и все вокруг просто порождает потоки слов – трудно смолчать, нет такой привычки у современного человека, так что молчуны стали вызывать подозрение; болтай – за умного сойдешь, все наоборот…

есть даже умники, которые полагают это главной особенностью именно человека — способность болтать без умолку; я уж не говорю о политиках: думаю, будущие исследователи с интересом будут читать их рацеи

поэты мечтали о покое, о тишине – для чего? – почему же такие легкие и веселые люди так стремились к тишине, разве слово не было их главным орудием? – да мне-то понятно, почему: разве можно услышать собственный голос, не говоря уже о смысле слов, когда кругом стоит гвалт…

и они стремились к покою и воле, но были для этого слишком общительны и восторженны; в них не было того холода и пустоты, которые мне так знакомы – и они ценили мгновения тишины, тот внутренний покой, без коего гармония немыслима

но абсолютной тишины не бывает, она невозможна, как абсолютный холод или твердость: человеческое сознание, освободившись от балласта, тотчас наполняется – шумом и грохотом Хаоса, шепотом созвездий, голосом Логоса; это самые удивительные моменты жизни…

самое ценное, самое священное невозможно выразить словами – во всяком случае, сделать это сегодня очень трудно; да и зачем выражать: эти голоса звенят во мне, наполняя воздух светом и теплом, и я понимаю, что есть очень немного настоящих истин, настоящего смысла, который один может передать другому…

для постижения такого смысла надо стать подобно мне метафизическим существом, то есть, с точки зрения, обычного здорового обывателя, и не человеком, и не существом вовсе – и кто такого станет слушать! – а я не обижаюсь, я ведь все понимаю…

ну так если и ерунду всякую насочиняю, так при мне и останется; в моей пустой башке, никому докучать и никого морочить ею не стану; а зря вы полагаете, что в вашей башке непременно одни гениальные мысли содержатся – тут, знаете ли, теперь их вообще большой дефицит…

теперь можно перейти к более серьезным вопросам – например, к самоидентификации; я о ней вскользь сказал намеренно, потому что тема тонкая – особенно для нас, манекенов, с нами связаны не самые лестные представления, знаете ли…

тем не менее, мы не ропщем; разумеется, скучно стоять в витрине или в мастерской, или еще где – и ничего не делать, да ведь кто по-настоящему нечто полезное делает? – таких людей найдется очень немного; я с этой точки зрения – просто символ

если вы полагаете, что та работа, которую ежедневно выполняют миллионы людей, решительно отличается от моей… это ваше дело, спорить не стану, хотя замечу, что вы теперь даже не против такого сравнения, а то ведь люди

неважно, кто чем занят – важно другое

важно, где ты находишься, твое присутствие в определенной среде, в конкретном времени-пространстве, что – как уже заметил – дается не всякому; искусство сквозить в этой так наз. «действительности», которое и обеспечивает способность быть – в совершенно другом мире

метафизика – искусство обратного отношения

ну а вообще, мы тут живем совершенно иначе; хочу кстати заметить, что человек тоже существо двойственное, и по внешности мыслящего человека вы мало можете сказать о его внутреннем мире; так вот, тут главное — причастность, потому что знание о неких мирах или истинах мало что дает: нужно жить в них, нужна причастность

во всех религиях и философиях мира это на самом деле главное понятие, потому что причастность к Вечному тотчас растворяет время, и ты не различаешь часов; как и причастность к прекрасному не дает тебе увидеть иных уродов – они расплываются и исчезают

и чем быстрее они мчатся на своих авто, чем больше спешат, болтают, бегают, прыгают, тем спокойнее мы в своих одиночествах, своих сияющих мирах – да и само наше движение совершенно другое: там, на поверхности жизни, есть иллюзия вечного движения вперед, называется — прогресс

люди верят свято, что завтра будет лучше, чем вчера, и никакой опыт их ничему не учит – это уже многие теперь поняли – в то время как мы кружимся в вечных кругах познания, творим новые орбиты, чтобы снова вернуться к истоку; и знаем, что завтра будет то же самое

 

моя философия? – собственно, философия – это то, что невозможно выразить словами, иначе это уже система; а система отличается тем, что там все увязано, все в гармонии и мир объясняется исчерпывающе

есть такие люди, которым нравится система, им нужна полная ясность и они не терпят ни пятнышка на скатерти: мир должен быть ясен, как стекло, иначе как в нем жить? – но мы полагаем иначе, то есть как раз наоборот: как можно – как скучно жить в мире, который совершенно раскрыт? — это противоречит самой природе нашего сознания

мы верим в великое Невыразимое, и нам, манекенам, это дается проще, чем людям в полном смысле слова…

я спешу объяснить эти слова «в полном смысле слова» — они вас фраппировали, однако давно уже все поняли, что словом человек мало что выражается, то есть чем больше мы узнаем о человеке – а наука неустанно снабжает нас новыми и новыми открытиями – тем туманнее становится это понятие, так что превратилось в полную энигму

великие гении и полные дебилы, светлый романтик и мрачный убийца, ангел и маньяк – все они человеки, так что приходится искать более конкретные определения, тут-то и трудность…

к тому же, признаем, что в последние годы эти самые человеки совершенно забыли все свои светлые порывы, все более напоминают стадо… впрочем, критика человечества – это явно не моя тема, она скучна и банальна…

так вот, нам проще отдаться двойственности, погрузить свое сознание в стихию Космоса, познать великий Хаос; мы не привязаны к людям, нас не раздирают страсти, в нас нет доверия к социальным или политическим программам и проектам, мы вне общества, каждый сам по себе

способен ли обычный человек на настоящее одиночество? – подумайте над этим вопросом

между нами и людьми пропасть: люди все стремятся реализовать явное – мы постигаем тайное; они копят богатство – у нас ничего нет; они имитируют друг друга, следуют моде или принятым лекалам – а из нас каждый уникален, иначе он просто не находит применения, и пр.

разумеется, такое существование меняет сознание мыслящего манекена (я должен как-то определить себя поконкретнее): он становится в этой самой «общественной» сфере совершенным автоматом, выполняет механически привычные функции, любые действия, которые требуются

кстати, я не думаю, что этим он слишком отличается от большинства людей, только вот у него есть и другая сфера бытия, и как ясный магический знак он парит в Неведомом; собственно, для меня лично, сфера видимого мира и Невыразимое находятся в соотношении примерно 1 к 100

а вот у этой девчонки, которая продает купальники, отношение совершенно обратное – 100 к нулю – и чем она не манекен, готовая напялить что угодно, демонстрируя свои отличные формы и зубы… впрочем, я снова залез не туда

вся наша жизнь, наше общение совершенно отличны от человеческого; разумеется, мы не обсуждаем погоду, курсы валют или цены на автомобили, выборы и прочие важнейшие человеческие темы – нас они, признаться, вообще не интересуют, и я лично ничего не понимаю в автомобилях…

наши реплики кратки и непонятны непосвященным; вряд ли в них есть полная ясность, это намеки и интуитивные вопросы, это порывы и догадки; это чисто творческое сознание, которое все в порыве к Неведомому – и не спешит оформлять свои интуиции и видения

кому они нужны? – кто станет слушать мои мысли, даже если бы я имел возможность донести их до вас?.. мне кажется, люди все дальше удаляются от того, в чем только и есть настоящий смысл – так им проще жить, видимо, не знаю…

а пустота… но это неоднозначное понятие; современный человек – одержимый; он стремится заполнить пространство жизни вещами, совершенно не терпит пустоты; они, я смотрю, вообще разучились медитировать, и мозг включается в те редкие моменты, когда надо принять решение

но какие там решения – за него все уже решено вплоть до того, что он надевает утром или какой телефон покупает – так что эти вещи оказываются нефункциональными; он потребитель и обязан потреблять с неимоверным усердием, покупая все новые и новые вещи, так что все его сознание заполнено ими

а вы попробуйте хоть пять минут посидеть, ни о чем не думая и ничего не рассчитывая; сначала, с непривычки, пустота и одиночество мучительны, но потом начинается некое тайное движение, и смотрите-ка, это лишь кажется: пустота – на самом деле наше сознание предназначено вовсе не для расчетов, а для постижения тайн…

возможно, я мистифицирую – застыв навеки в своем пыльном углу заброшенной мастерской, полный антипод человека, вещая пустота; да, постепенно все зримое исчезает, и во мне остаются лишь тайные гулы, волшебные наития, высокий зов…

и вот моя максима: все великие прозрения рождаются в пустоте, высокой пустоте ведения, только для этого нужна одна мелочь — гений

вот тут, полагаю, я должен сделать оговорку, потому что у читателя (какой читатель, откуда?) может возникнуть ощущение, что я красуюсь и вообще принижаю человека, и пр. в этом роде; ничего такого нет и быть не может, потому что я совершенно ясно понимаю ничтожество своего существа

я никто, я вещь; я совершенно повинуюсь не только незримым токам Невыразимого, но и воле любого человека, который может меня пнуть или одеть в какую-нибудь дрянь или просто выбросить на свалку, чем все это дело и закончится – никаких амбиций, никаких перспектив

более того, признаю, что жизнь людей, для меня, есть чистая загадка, поэтому я так легко расправляюсь с их интересами и склонностями, в которых, возможно, есть какой-то смысл; я пишу не о них – и даже не о нас – исключительно о себе, потому как больше я ни о чем не ведаю…

это определенная ограниченность моего сознания – если позволено так выразиться – однако полагаю, что именно ограниченность позиции позволяет раскрыть широкий горизонт представления, и наоборот…

кстати, свалки я пока избежал, несмотря на явный прогресс в производстве манекенов: теперь ведь стали делать манекены, в точности напоминающие людей, с лицами и даже выражением (какого-то тупого довольства), и их используют вовсю – а такие, как я, пылятся в мастерских художников, которые предпочитают нашу безликость

и в моем представлении происходят перемены: я стал явно ощущать настоящее тело, и даже вот, пишу свои записки, как настоящий ветеран; думаю, тут есть странный парадокс: манекен входит в сознание, а человек его теряет, становится своеобразным манекеном – все зависит от образа жизни, ничего нет вечного под луной…

и мой образ стал знаменит, они платят миллионы за мое изображение – за неясность, невыразимость, за таинство и причастность – что совершенно не меняет моего отношения ко всему изложенному: я равнодушен и спокоен в своем пыльном углу; мой век подходит к финалу, ce la vie

я часто вспоминаю моего Художника, и вряд ли я могу ответить на вечный вопрос, что же он желал изобразить, какое значение имеет мой лик на его картинах; тем не менее, я вспоминаю, как пристально он смотрел на меня, стоя за мольбертом, человек и манекен друг напротив друга…

и если он мало думал обо мне – просто болван в виде модели – то я напряженно размышлял о нем; так что он писал мой образ, а я создавал мысленно его образ, насколько хватало моих слабых сил; и полагаю, все же я был для него не чистый болван…

он словно завидовал спокойствию этого гладкого манекена, словно желал бы на какие-то мгновения стать мной… впрочем, не знаю, не знаю, может, я тут уже фантазирую (иногда манекены фантазируют); но я же видел напряжение в его горящих зрачках, усталость тенями на лице: он хотел покоя

и находил его во мне

и странная это была сцена: гений и болван застыли друг против друга, пытаясь породить нечто высшее, Образ, и в этой сублимации как бы исчезали… и в самом деле, как призрачно наше существование и как малозначительно в сравнении с чем-то высшим и важнейшим…

все мыслящие старики отличаются некоторой достигнутой ясностью сознания, конкретностью жизненной позиции, и они, видимо, делятся на людей легких, оптимистов, благожелательно встречающих новый век, и скептиков, которые вечно зудят и критикуют

я не люблю критиковать, хотя часто не могу удержаться от сарказма по поводу самых разных людей или явлений; искусство тоже не вызывает особого оптимизма; однако мне нравится, что постепенно сходит на нет системный зуд, что люди перестали верить в возможность одной всеобъемлющей истины

жизнь научила их этому, и слава Богу; так что все мы приходим к своему финалу и храним в сознании свой опыт и надежды, идеи и открытия, и вряд ли можно их передать кому-то другому; я уже написал о кругах сознания, и странное дело: финал похож на начало и последние мысли напоминают самые первые…

18 августа 2020

Показать статьи на
схожую тему: