ГлавнаяИдеиМонологиФилософия дали

Философия дали

Познаваемый мир со всех сторон окружен для нас темной бездной непостижимого
С.Л. Франк

 

тут всегда что-то пульсирующее, несформированное, неокончательное, словно пейзаж еще готовится, организуется, чтобы предстать перед художником; тает снег, поднимается вода, деревья восстают из мрака и холода и готовятся к весне – и там где-то в прижавшихся к земле избах живут люди

но вся эта материя – земля, вода, снег, дома, леса – отступает перед пространством, свободной далью, которая доминирует; есть некий порядок, некая система жизни, но, по всей видимости, она расположена и организована не тут, на земле, и сразу вспоминаешь это: и Дух Божий носился над водою…

А. Саврасов. Весенний день

настоящее творчество бесконечно – и во времени, и в пространстве жизни, которые оказываются лишь ареной для этого незримого действа, духовного преображения мира

сам выбор вида – этой прозрачной бесконечности, неоформленности, вечного движения вод – говорит о порыве духа; европеец формирует законченный пейзаж; там равновесие частей, некая антитеза и пр., а русский художник ищет бесконечность

он растворен в ней, она всегда в его сознании, она откладывает ясный отпечаток на все мысли, идеи, замыслы; собственно мыслей-то тут и нет – тут интуиция — Космос

мне иногда кажется, что русские мыслители, художники были просто одержимы этим огромным масштабом, который и не позволял им взглянуть на эту так называемую «объективную реальность»; они не видели этой реальной жизни, не видели в ней никакого смысла

и оттого она всегда была столь нелепа, полна кричащих противоречий, не устроена – вот как эти избы, вжавшиеся в землю и ставшие уже частью земли – потому что о совсем другом человеке и другой жизни мечтает художник; перед его очами Царство Духа

оно не видно за этой дымкой, оно далеко, а все здешнее не стоит усилий, не имеет никакого смысла: слишком далеко летела их мысль, слишком огромна была их мечта, и по сей день людей глубоких и творческих мало волнует происходящее на этой бескрайней равнине

в нем нет смысла

 

преображенный, светлый лес у Саврасова похож на жертвенного агнца

дорога – грязь, вода, хлябь, нет дороги, никуда не доедешь; все ориентиры земного мира смазаны; вот философия русской дороги: зачем их строить и укреплять, куда они вас приведут? – все к той же необъятной дали; земные дела не имеют смысла

сознание устремлено в даль, где легкая церковка взмывает в небеса 1

многие прагматичные люди этого не понимают; в их сознании каким-то образом ловко соорганизуется дух и материя, все разложено по полочкам: время для молитвы, время для дела, время мечтать – время строить; русское творческое сознание работает не так, потому что ничего нельзя соединить, это ж фикция!..

ну какие там полочки, какие дела! – когда томит эта необъятная даль, когда звенит бесконечность и мучит душу невыразимое; думаю, в этом вся суть и уникальность русского мышления

А.К. Саврасов. Распутица

С.Л. Франк писал в своей лучшей книге:

Всякое познание есть в конечном счете познание всеобъемлющего целого, т.е. всякое частное знание есть частичное знание целого, то тем самым все познанное есть именно лишь частично познанное и остается, следовательно, отчасти — и притом в бесконечно большей своей части — непознанным 2

это одержимость непостижимым, поразительный масштаб сознания, которое не желает заниматься мелочами (а они часто так важны для конкретной человеческой жизни!) и все, целиком устремлено от пошлой физики на эту высокую метафизику

Поскольку мы сознаем это вездесущее непостижимого для нас, мы отдаем тем самым себе отчет в высшей степени существенном общем факте, определяющем все отношение нашего знания к самой реальности. Мы формулируем это общее положение так: всякая вещь и всякое существо в мире есть нечто большее и иное, чем все, что мы о нем знаем и за что мы его принимаем, — более того, есть нечто большее и иное, чем все, что мы когда-либо сможем о нем узнать; а что оно подлинно есть во всей своей полноте и глубине — это и остается для нас непостижимым

это чисто русская философия, совершенно оторванная от пошлой реальности и устремленная прочь, за ее пределы, смело вторгающаяся в мир Неведомого и взыскующая лишь высших откровений

такой человек обладает неким духовным статусом, неким первородством, которое наполняет его ум известной гордостью, а творчество – масштабом и силой; поэтому художники и мыслители такого масштаба установили незыблемые меты для творческого духа

 

излишне доказывать, что это сознание мы целиком утеряли

и утеря этого первородства, этой бесконечности, этой способности говорить о невыразимом и веровать в незримое, короче – полная утеря метафизики определяет неспособность к творчеству: в России художник может быть именно таким, иного образа его пока нет; может и слава Богу, что нет…

говоря о творчестве, я, конечно, имею в виду не только искусство: это полное отсутствие идей, совершенная неспособность осмыслить действительность, прущая бездарность, кричащая пошлость, совершенная бесприютность таланта, ума, гения – все это имеет один корень

то есть, именно определяется отсутствием этих корней, этой глубины цветущего духа; и без этой глубины, без этого масштаба русский ум не сможет решить ни одной задачи, такова уж его природа, и другой неоткуда взять: из Америки ее не привезешь

все, что мы можем сегодня: восстановить эти светлые, высокие образы, понять, признать их органичность, увидеть в них родное, свое, возвести их в высшее достоинство и пронести сквозь смуту в будущее


1. Вот тоже интересная деталь: церковки у Левитана, Саврасова часто крохотные, где-то в дали, встроены в пейзаж, а вовсе не главенствуют над ним (как это часто в русских городках); потому что стремление и упование несут его в даль, над церковью, не в ней он находит спасение и упокоение; его светлый, немыслимый путь прямо к Богу, невероятная живопись…

2. С.Л. Франк. «Непостижимое. Онтологическое введение в философию религии».

25 декабря 2020

Показать статьи на
схожую тему: