Стадо

они связаны цветными нитями родства и духа — едины лишь в этом, прочее – рознь; они лишены субстанции, только нарисованы, но не написаны – в них нет содержания, нет смысла, лишь надежда на смысл

современный художник вообще не видит лиц толпы, она настолько прочно связана с массой, безликим нечто, тестом, стадом, что он даже не всматривается в наши лица; у Сауло Меркадера толпа напоминает массу головастиков; только глаза торчат

С. Меркадер. Мир

очевидно, что от этих людей теперь вообще ничего не зависит; мы по привычке обобщаем и говорим: мы – а кто это «мы»? – что нас объединяет и какая у нас сила остановить безумие, которое идет на наших глазах?..

и по мере того, как человек теряет настоящие права, они все громче говорят о демократии – что естественно, так было всегда; громче всего кричат о том, чего на самом деле нет

мыслители торжественно объявляют о смерти общества, утверждают приоритет субъекта, это все хорошо, однако наряду с этим исчезает вся система отношений, на которой все держалось; и теперь я не могу уже так легко употреблять некоторые слова

например, человечество, свобода, цивилизация – это же уже совершенные абстракции, Кандинский отдыхает, ибо ну вот ваше человечество, покорно – как бык – ждущее своей трагической участи, окончательной катастрофы, о которой давно уже трубят на всех углах

или эта ваша «цивилизация» — мы давно уже ее ставим в кавычки, потому что ее основой давно уже является не какая-то высокая культура, прогресс, а право силы, корпорация, которая устанавливает законы для обеспечения своего дохода

сама экономика уже не система обмена для обеспечения условий жизни, а механизм выкачивания сверх-доходов – ни одно понятие не несет настоящего значения, искажение охватывает всю систему жизни

Бодрийяр:

Все погружено в беспредельный вакуум и утратило человеческое измерение

а кто может противостоять этому? – человек, отвечаете вы, однако что это за человек, что за субъект? – напоминаю эту цитату:

Сегодня за понятием «индивид» стоит уже не критический субъект истории или субъект философский, а предоставленная лишь себе и вынужденная довольствоваться лишь собой совершенно операциональная молекула 1

да, верно: молекулы, пыль под солнцем

но почему? – и не есть ли это совершенно естественный результат этой самой цивилизации? – потому что она объединила людей случайными — стратными, классовыми, национальными – узами, да и кровные узы не оказались столь прочными…

так не есть ли современный кризис общества естественный результат и итог развития бездуховной цивилизации? – которая в конце концов так или иначе (при помощи коммуны или «демократии», не столь важно) превращает народ в пыль, машину, стадо…

эти тонкие цветные нити прочерчивают пространство – пустоты

 

художник Томори Додж сначала писал красивые свалки, которые превращал в экспрессивные картины, огни города… но постепенно все его творчество восходило к чистой абстракции – похоже на утерю почвы, утерю среды…

у него сначала эта материя преображается тем или иным способом, это единственный способ справиться с ней, лишить тяжести и значения, и свалка (мир) обращается в картину, опус

но художник не находит содержания в реальности, обречен на абстракцию; это совершенно другой путь, бессознательное снижение – отсюда доминанта восходящих линий, в этом есть что-то от отчаяния

и вот чистый мир как контуры восходящих вертикалей, прочее стерто и не имеет значения – тут уже нет ни людей, ни зданий, ни свалок – в вечной пустоте небес свершается живописное действо, словно это мир после нас…

Т. Додж

интеллектуалы смотрят на все это спокойно; Альбер Камю воспевал абсурд

С точки зрения интеллекта я могу сказать, что абсурд не в человеке и не в мире, но в их совместном присутствии. Пока это единственная связь между ними

маловато, не так ли; мыслителю импонирует такое одиночество, ибо он одинок по жизни, как мы говорим, вот и распространяет свое состояние на всех

Проводя до конца абсурдную логику, я должен признать, что эта борьба предполагает полное отсутствие надежды

он ставит безжалостный диагноз и, видимо, вполне доволен совершенством конструкции; однако эта безнадежность есть плод западной философии, рационализма, доведенного до предела, т.е. до абсурда; у нас есть и другие идеи, получше…

картина Меркадера называется «Мир» — в значении спокойствия, мира без войны, того, на который у нас такая слабая надежда; я заметил исчезновение слова «пацифист» — современная молодежь даже не понимает его значения; потому что это наивность

мы дошли до черты, за которой война считается естественным состоянием человечества; эту мысль в наше сознание активно внедряет американская масс-культура: сознание этих людей настолько настроено на бойню, настолько пронизано жестокостью и варварством, что убеждать их – напрасный труд

современная живопись Европы показывает полное бессилие общества (которого нет) перед этим новым варварством; мы стоим, видимо, на пороге новой эпохи, эпохи духа, когда люди вспомнят о настоящей связи, когда субъект заявит свои права, когда каждый из нас, творческих, мыслящих, встанет против империи зла

или пыль развеет вихрем – и наступит пустота


1. Ж.Бодрийяр. В тени молчаливого большинства, или конец социального

2 июля 2020

Показать статьи на
схожую тему: