ГлавнаяARTEЖ. М. Баскиа; живые мифы

Ж. М. Баскиа; живые мифы

в Бруклине в 70е годы чернокожий парень бродит по улицам, бегает ночами и делает граффити на стенах – весь город тогда был исписан бандами, а он один; и он становится знаменит, его показывают по ТВ, изучают, он становится художником и его картины продают за миллионы долларов

 

30 тысяч стоит открытка, где он намалевал черепа, это какой-то психоз, потому что критики отказываются смотреть на это всерьез, да и сам он не считал себя художником: в телепрограмме он признается искренне, что совершенно не умеет рисовать

по сути дела, для 70х годов это именно тот случай, когда обыватель хмыкает и заявляет: я тоже так могу; и тем не менее, это явление интересно для исследователя

есть разница, как делают звезды там и тут

тут идет сговор, и в результате довольно несимпатичных комбинаций возникает новое имя, которое никто не принимает всерьез: очень мало действительно уважаемых фигур на ниве искусства, да и те из совка, т.е. с душком

там это все иначе происходит: эти люди, которые изучают граффити и таких вот темнокожих бродяг, прекрасно понимают, что их искусство не есть настоящее искусство и не имеет эстетической ценности

однако это черта времени, это некое явление, факт современности, а потому должно быть зафиксировано и отрефлексировано; трагическая судьба Баскиа – типичный пример такого внимания к художнику-бродяге как важному явлению субкультуры, подземной, ночной жизни города

тут вызывает интерес все аутентичное, оригинальное и типичное для времени: люди стараются зафиксировать эти черты времени, вспышки творчества, бережно выносят их из небытия огромного города – и он становится несколько иным

не мертвым конгломератом машин, толп, домов, стекла и бетона, а он теперь дышит, творит, любит по-своему, мы ощущаем его характер и видим его лицо – он стал фактом мировой культуры

тут еще черта зрелой культуры, которая сама творит для себя новые фигуры; ей нужны новые имена, и она не ждет – берет с улицы и творит имя; вообще-то, тут нет ничего хорошего, гениев не получается – но процесс идет

вы можете сказать, что этот парень обладал чувством цвета, что в его мазне есть какая-то исконность, свежесть, это эмоции, страхи, беспокойство и волнение сегодняшнего дня – вы можете возразить, что им обладает каждый второй и это ничего не доказывает, потому что его живопись банальна и малоинтересна

критерии оценки опуса не так важны – важно зафиксировать, описать явление, которое стало типичным и играет некую роль в современной жизни, нынешней культуре, пусть даже на уровне одного района города

ну в самом деле, почему они пишут на стенах? – что хотят сказать?.. – почему они общаются на непонятном языке, и чем чуднее – тем лучше?..

тут люди стремятся услышать каждый голос, придают значение и с доверием относятся к каждой попытке откровения; они ценят живое чувство, сомнение и порыв, любовь и страдание, понимают боль потери и холод одиночества – так складывается живая культура, а не музейная мертвечина

что такое творчество Баскиа? – акт свободы, предчувствие смерти, колокол, который гремит над нами; в самом его неумении рисовать какая-то тревожная беспомощность, которую мы ощущаем сегодня

это люди, которые желают понимать мир, в котором живут, себя и соседа, и это просвещенное понимание, внимание и участие, анализ и связь и есть современная культура, которая обрастает связями, комментариями, мнениями – и каждый может выбрать направление или художника по вкусу

но все они имеют право на место под солнцем; потому что творчество, активный ум, импульс очень важны и составляют главную ценность в этом обществе; нарисуйте прямо противоположную ситуацию по всем параметрам, и вы получите современную Москву

тут миллиардеры скупают Фалька и Матисса, украшают свои дворцы львами, однако пальцем не шевельнут, чтобы бросить подачку настоящему художнику, который так и сгниет безвестный и никому не нужный, mala suerte

 

восприятие современной культуры – непростая штука; в корне отличается от прошлых веков, и главное отличие – эта свобода, демократизм, присутствие абсолютно, вроде бы, несовместимых течений, концепций, имен

поэтому современный любитель, не говоря уже о профессионале, имеет более широкий горизонт сознания, он больше знает, у него громадный выбор, и при этом он может признавать самые разные вещи – как характерные черты времени, индикаторы, всплески таланта и пр.

не обязательно любить данного художника – просто, он мне нравится своей смелостью или своим вкусом; мои пристрастия очень обширны, и поэтому я склонен принимать, признавать, чем отвергать и блюсти каноны

и поэтому хотя нет в мире художника менее близкого мне, чем Баскиа, я мыслю и о нем примерно так: парень малюет черепа и смерть на коне, и правда, умер молодым… есть в этой современной трагедии какая-то пронзительная нота

еще одна нота в симфонии, которой я так увлечен – не самая главная тональность и не главная тема, однако органичная, типичная, увы, такая массовая; и почему они так любят писать смерть?..

да потому что у нас есть ответы на многие вопросы, только вот на этот нет ответов – и не будет; и мы начинаем понимать, что все прочие ответы ничего не стоят без этого – и на этом фоне, мазня Баскиа выглядит уже как-то иначе…

тут ведь искусство, которое родилось вот на этих улицах и бездомное носилось по ним, оставляя знаки, и было замечено и вынесено из тьмы на свет; тут и тема смерти, которой он осенил себя – это настоящий современный миф; цивилизация обладает способностью производить мифы

такие мифы – стержневые устои культуры; кстати, тут на днях на Сотбис в Лондоне его картина была продана за 7.5 млн.долл., платят не за саму живопись, в основном, а поймите, что человек купил кусок мифа

мифология всегда приходит на помощь идеологии – известная аксиома, — и как только исчерпана идеология, тотчас начинается производство мифов; в данном случае, вряд ли человечество по-настоящему понимает искусство ХХ века, в данном случае творчество значительно обогнало аналитику

и в результате возник ряд мифов, и мы видим, что их производство идет полным ходом и сегодня; Ван-Гог, Лотрек, Модильяни, Сутин стали мифами, кто-то носится с черным квадратом, другой рассказывает, как Коровин выплескивал банки краски, рисуя декорации – людям нужны мифы

они приходят на выставку Бэнкси, загадочного художника улиц, который покрыл одинаковыми трафаретными портретами весь мир, и покупают все подряд; потому что это активное творчество, это реальный след, который он оставил в этом вот городе – реальное свидетельство осуществленного творчества, реализация идеи

теперь это не так просто сделать, и в данном случае совсем не важна сама идея (ее нет) или художество (тоже нет), просто он это сделал, выразил банальную истину – например, о том, что детям надо играть, но ведь вы забываете даже самые банальные истины

наверное, в наше время они стали важнее каких-то высоких идей; общество потребления совершенно отвращено от настоящей эстетики и настоящего смысла, оно само трафаретное, вот и глотает такое «искусство», и это очень противоречивое явление

с одной стороны, хоть какая-то причастность к творческому проекту, к высокому миру творчества, с другой – явная чепуха, муть; да, в сущности, наши пацаны, которые гадят на стенах, рисуя каракули, делают почти то же самое

это все птичий язык и не имеет никакого смысла – да смысл и не нужен; просто, вот, сидит он в школе по восемь часов в день, преет и зубрит всякую чушь, а ему уже 16 лет, и он хотел бы что-то совершить, как-то отметить свой жизненный путь – оставить след, вот и оставляет странную надпись на стене дома

впечатление, что это общество может обходиться без гения, без прозрений или откровений – достаточно вырезать морду и наклеивать на стены, силовая эстетика, навязанный миф; вы проснулись – а он уже над вами, да и вам все равно, что тут будет торчать и кого объявят новым мессией

они заменяют знание, дух, гений чем угодно, любыми суррогатами, создают фикцию понимания искусства, причастности к высоким сферам – похоже на участие в церковных ритуалах людей, в общем не ощущающих Бога и совершенных профанов в вопросах веры

с другой стороны, ничего дурного в этом нет: тут разные потоки, разного уровня сознания, и город желает видеть некие общие смыслы, которые они и выносят на сцены; современный способ осмысления жизни, придания значения и пр.

 

это тема современного города, безликого конгломерата, который проглатывает и переваривает вас – и от вас ничего не осталось! – вот, от Бэнкси осталось; он разрушает мертвую монотонность этой дурной, суетливой, бессмысленной возни

да, все дело в том, что от человека ничего не зависит, от меня ничего не зависит в этой жизни, которая кипит вокруг, направляемая единственной целью супер-наживы; и я разрушаю ее идиллию, вляпывая эти изображения, разрисовываю поезда, на которых вы едете на службу

разрываю пелену вашего сонного сознания, оставляю знак: я еще тут – я живой!

я понимаю ограниченность моей эстетики: высокое искусство совершенно непонятно, оторвано от улицы, от реальной жизни – от людей, это некий иной мир, и им теперь тоже владеет корпорация – вот факт, который трудно оспорить; возможно, это вообще закон некого периодического засушивания творчества, которое питается метафизикой и отрывается от человечества…

может, оно вообще уже оторвалось от людей, как подвижник, который взирает на окружающую жизнь с неким изумлением и полным равнодушием; а по улицам бродят софисты, которые развлекают публику

но, с другой стороны, человек не желает отрываться, не желает затворничества, он активен и желает действовать; такой уличный художник выражает себя, это акция, творчество, и он восполняет пробел, заполняет вакуум, давая пищу воображению, уничтожая пустые пятна серых стен

а в целом есть полнокровная, живая культура, которая содержит, питает, выдвигает, формирует, порождает самые разные явления: они обретают смысл и жизнь, и значение именно в ней, т.е. она важнее их, это основа, на которой все строится

получается, конечно, парадокс: он ведь питает протест, развивает оппозиционное творчество, однако укрепляет именно культуру, масс-культуру – основой являются трафареты, в этом вся соль: повторение! — и таким образом как раз противостоит настоящему творчеству высоких смыслов

а ведь только они могут что-то реально изменить в этом мире; и поэтому уличное искусство остается в зоне протеста, оно в основном разрушает – не утверждает; и заставляет задуматься, существует ли вообще какая-то настоящая современная эстетика или мы дошли до черты, когда остается лишь одно творческое средство: крик

27 февраля 2019