ГлавнаяARTEИдеиMarginaleИерархия как модель

Иерархия как модель

1

по банальной дефиниции, иерархия — это

Порядок подчинения низших должностей, чинов, званий, категорий и т.п. высшим по точно определенным степеням

надо сразу сказать, что это элементарное определение совершенно не передает богатства понятия; уже в концепции иерархической структуры М. Вебера первое идет вовсе не подчинение, а самая суть системы:

1\ четкое разделение труда, следствием которого является необходимость использования квалифицированных специалистов по каждой должности;

2\ иерархичность управления, при которой нижестоящий уровень подчиняется и контролируется вышестоящим и пр.

Вебер занимался иерархией как управленческой структурой; однако это понятие древнее (иерархии света из «Агни-йоги») и гораздо более содержательное; это понятие присуще любой зрелой мифологии; попробуем пойти от простого к более сложному

«иерархия (от греч. hieros — священный и arche — власть) — 1) расположение частей или элементов целого в порядке от высшего к низшему; 2) порядок подчинения низших должностей, подразделений, органов высшим» и пр. – однообразные и неинтересные дефиниции…

как разительно отличие философского понимания от организационного! суть иерархии – свет; содержание: оптимальная реализация талантов, дарований, энергий людей; задача — питание, развитие народа, а не подчинение или насилие; увы, кое-где это уже утерянные значения…

 

иерархии существуют везде: в информатике, физиологии, истории, экономике… вот пример из физиологии:

Реальный организм человека, являясь элементом иерархии сущего, сам представляет собой весьма сложную иерархию взаимодействующих сущностей (систем) и соответствующих им явлений (функций). Системы организма любого уровня иерархии являются целенаправленными стохастическими системами управления

организм человека представлен как набор важных иерархий, или систем, каждая из которых значима (а вовсе не просто подчинена некой одной власти, например, мозгу), играет жизненно важную роль в функционировании целого…

однако наряду с этим, это система соподчинения, включающая разные уровни; самое первое: иерархия предполагает неравенство…

Равенство означает состояние войны и именно поэтому по всеобщему согласию установилось неравенство, и это неравенство более не должно считаться несправедливостью 1

по Гоббсу, состояние войны есть естественное состояние человечества (в чем с ним, как известно, не соглашались благодушный Монтескье и просветители, и это дурно закончилось), и задача государства вывести народы из состояния войны в состояние соглашения – и согласия

отсюда, скептическое отношение Гоббса к абстрактным понятиям:

Когда частные граждане, то есть подданные, требуют свободы, они, по существу, говоря о свободе, требуют себе не свободы, а господства, даже не подозревая об этом по своему невежеству

такая свобода равна произволу, а в условиях произвола толпы, или массы, эту самую массу очень легко подчинять, ведь масса совершенно аморфна, безучастна, нелепа, бесформенна, безответственна и пр. 2 – и отсюда отвращение мыслителей в отношении этой массы, которую и Гоббс, и современные философы решительно отличают от понятия народ

только иерархии развивают свойства, двигают общество вперед, при этом, естественный отбор в человечестве – ложь и полная ерунда; это пошлость дикого ума, который не понимает настоящего значения человека

при таком отборе (самые сильные, богатые, решительные и пр.) Моцарт оказался бы площадным шутом и человек никогда не дошел бы до идеи Бога

 

мы полагаем, что иерархии были всегда, однако это очередное заблуждение общественных «наук», мыслящих по аналогии, типичная историческая редукция: вряд ли эти ученые представляют себе настоящих дикарей и царившие там нравы

важный момент тот, что на каком-то этапе сильный правитель понимает, что ни сила, ни могущество, ни влияние не способны установить долгое согласие и мир в государстве: по-настоящему управлять им можно лишь на основе установленных глубоких вертикальных структур — иерархий

сговор, хитрость, сила, жестокость, логика – все они хороши в своем месте, однако на них найдутся большие сила, хитрость и жестокость; власть утверждается на другом уровне, такой и явилась монархия как божественное право царя

она просто завершила процесс формирования иерархий, которые возникали давно уже при каждом значительном культе: это были хранители, жрецы или посвященные, аристократы духа, избранные

ошибка Гоббса в том, что он утверждает незыблемость этих иерархий, не учитывая низкой природы демоса, которому не нужно общее благо и прогресс, а нужны как правило сиюминутные блага; иерархия рушится, и ценности оказываются утеряны, и общество снова сползает в дикость

 

разумеется, настоящие вертикали, или иерархии, не создаются за день, они выращиваются веками, наполняются культурными, духовными и моральными смыслами; ведь если их нет, то иерархия невозможна

сравните две революции: во Франции это были Руссо и энциклопедисты, новое поколение просветителей, которое и сформировало новый порядок иерархии, существующий в Европе и сегодня; а в России темная стихия смела тонкий слой культуры, и воцарился мрак

то же случилось отчасти в Средние века с Римом, и культура ушла в монастыри, пестуя новый порядок иерархий; а в это время вокруг них шли войны, разорение, чума, всеобщее дикое брожение, совершенно бесплодное, результат его – утеря свойств, пустота

иерархия – предохранитель цивилизации, без него эта цивилизация не может существовать долго, а главное: не будет плодоносить и развиваться, и Россия тут хороший пример – кстати, пример еще и того, что не всякая монархия автоматически порождает творческие иерархии и не всякая республика их подавляет

 

в любой системе существует массовое, горизонтальное брожение, борьба за чины и почести и пр.; выбор сильного порождает движения других, более сильных и хитрых, и так до бесконечности – это горизонтальная структура, плоская и одномерная, бесплодная и тупая, вечная борьба и вырождение

кстати говоря, эта плоскость может вполне принять форму вертикали – она от этого не станет глубже и останется все равно плоскостью, в которой кипят эти бесполезные (для страны) страсти

партии — часть этого мира, горизонтальные структуры, и они тоже содействуют не организации общественной жизни в глубину (то есть, для более полного учета истинно человеческих потребностей, творчества и устремлений), но служат расколу – от самого слова parte, которое означает «часть»

Третья причина, делающая обсуждение в большом собрании менее полезным, состоит в том, что на таких собраниях в государстве рождаются партии, а партии приводят к мятежу и гражданской войне 3

мы иногда видим, что большинство общества держится вполне разумных, человечных взглядов и по какой-то странной причине не может быть организовано в сильную партию – уже по самой природе партии как лишь сектора общественного спектра; а когда партия становится целым, это диктатор, она вообще теряет свою природу

 

2

иерархия – это не просто вертикальное измерение; тут тоже есть уровни, борьба, однако она принимает форму и восхождения, и совершенствования, и учения; а классический капитализм стирает иерархии, и часто приводит к войне – слишком большое напряжение в основной горизонтали

перепроизводство, безумная трата ресурсов, дисбалансы, страшное неравенство, неспособность к переговорам и пр. черты, знаменующие неизбежную катастрофу этой потребительской «цивилизации» (кавычки, потому что только настоящая иерархия порождает плодоносную культуру)

но люди ощущают, подсознательно или вполне сознательно понимают, что они утеряли, иначе, откуда такое восхищение гениями, такие цены на живопись, обожествление классиков? – да именно от тоски по настоящей иерархии в условиях, когда каждый из нас видит, какие ценности нам предлагает современная масс-культура

однако идут и противоположные процессы: люди постепенно забывают о естественных иерархиях, всеобщая нивелировка мозгов, полов, чувств, способностей, стандартизация индивида, превращение его в винтик знаменует новую эпоху – эру субъекта, который в себе сохраняет нормальные иерархии, точнее – сознание как иерархию

 

надо пояснить, что иерархия не означает простое возрастание реальной политической власти по мере продвижения вверх – это было бы плоское понимание вертикальной структуры, которая работает и формируется по совершенно иным принципам

настоящая иерархия – это распределение нагрузок и ответственности, обеспечивающее комплексное управление сложными системами, в которых экспертиза, ценности, управление, обучение одинаково важны и реализуются разными субструктурами

одному нравится сидеть в башне из слоновой кости – и пусть сидит там, он никого не трогает и никому не мешает, и блага ему нужны – минимальные; другой хочет прозябать ничтожным оратором, а третьего мучат вожделения, тому нужны лишь деньги, этому — наука, третьему — музыка

иерархия позволяет распределить нагрузки и отвести каждой значимой личности полагающееся ей место, и соответствующее внимание и уважение общества; ну и также покровительство и помощь со стороны власти, которая естественным образом венчает иерархию и уже потому заинтересована в ее стабильности

тут каждый имеет свое место, и от его таланта и воли зависит занять это место; жизнь государства разнообразна и рациональна: идеолог не управляет нацией, а выдает идеи, в то время как там, на улице, все в куче и человек занимает место художника, например, потому что его тетка работала буфетчицей в художественном училище и туда легко было поступить…

кстати говоря, именно иерархия развивает способности, заполняет имеющиеся многочисленные пространства, причем это не прихоть: это необходимо для ее нормального функционирования и воспроизводства, в то время как плоская «демократическая» система имеет плоские вкусы и не уделяет этому никакого внимания

в свою очередь, эта блеклая масса двуногих уже не способна породить настоящую иерархию: критерии умерли, ценности утеряны, ничто и никто не имеет значения и т.д. – постепенно у нее все ценности и значения обращаются просто в слова, которые и произносятся по каждому поводу или без оного – для самовнушения

масса остается массой; в ней никто не проявлен и все не на месте; надо признать, что они нашли способ убедить людей в том, что быть таким винтиком очень даже приятно, если за это регулярно что-то платят, что состоять частицей безликой массы – в этом нет ничего постыдного и пр.

 

возможно, начиная с этой эры субъекта, в мире больше никогда не будет формальных иерархий, однако они не исчезли – стали неотъемлемой частью человеческой культуры; культ открыт для всех, нет смысла его укрывать или таить: войти в него так трудно, что воистину на это способны сегодня лишь немногие – уже потому избранные

наконец, такие слова, как демократия, автократия, монархия – весь этот классический лексикон отошел в тень; сегодня либеральная идея именно и означает торжество иерархии (которая мало соотносится с собственно классическим понятием демократии – эти старые слова лишь создают путаницу и служат орудьем демагогии)

и поэтому либеральную демократию я не могу себе представить, это что-то фантастическое, в то время как либеральная монархия – совершенно нормальное развитие и той, и другой политической идеи, естественный симбиоз освященной власти и содержательной современной иерархии

я вообще заметил, что в нормально развитой иерархии высшая должность, максимальный масштаб власти (при нынешнем контроле, публичности и пр.), во-первых, никак не означают абсолютизма, и во-вторых, не так привлекают умного человека, и Америка дает нам явные примеры осознания этой реальности

 

и наконец, каждая иерархия имеет свое культурное лицо, свой тип и возможности, перенос невозможен, копирование бессмысленно; та система мысли, отношений, связей, которую вы построили у себя в стране, с ее глубиной, особыми углами зрения, опытом, базой данных и пр. – неповторима

и только с этой позиции вы представляете интерес для других, а утеря своей культуры как сложной иерархии отношений, идей и ценностей превращает вас в изгоя, ничто, нетворческую частицу мировой уже массы, способной только копировать и потреблять

это уже банальность: свободу нельзя никому дать или навязать, «но взор твой должен поведать мне: ради чего ты свободен?» 4; «проповедники равенства и тарантулы» любят слова о свободе, «сокровенное вожделение тирании драпируется в слова добродетели»

на разных уровнях иерархии разные критерии истины, и если внизу слова звучат свободно и каждый может утверждать что угодно – хоть то, что был в раю, — на вершинах все видится иначе; эти различия, дискуссия, инаковость – воздух истины

Ибо так гласит справедливость: люди не равны!

 

3

в Агни-Йоге написано:

Опять скажите им: «Иерархия не имеет ничего общего с насилием. Она – закон открывающий». Мы против каждого насилия. Мы не устремляем энергию без согласия сотрудника. Мы знаем неценность всего поверхностного, извне устремленного

современный кризис культуры, по Бердяеву, это кризис элиты, творческого меньшинства, недовольного культурой, ибо она не созидает нового бытия; но именно культуре принадлежит, по Бердяеву, «духовный примат… в общественной жизни, а не политике и экономике»

культура, в которой есть религиозная глубина, всегда стремится к воскресению», путь святости — «путь высшей культуры духа»; святость, как и творческая гениальность, по Бердяеву, — два великих двигателя культуры, питающиеся духовными энергиями надкультурного происхождения, энергиями иных миров

типичный пример человека, мыслящего в понятиях иерархии, философский романтизм, устремляющий нас к свету; в иерархической культуре разные деятели, умы, гении тянут в свою сторону, они автономны и самобытны, таким образом вся структура как бы растягивается, обретая новый масштаб

 

вопрос о иерархиях разработан в современной социологической литературе и книгах по менеджменту, там именно разработаны все пункты веберовского определения, кроме первого… возможно, для Европы и Америки это естественно, ибо иерархии сформированы

организация иерархии – это мировоззренческая проблема; и чем сложнее система, тем труднее ее преобразование в творческую иерархию (точнее будет сказать: в систему иерархий в рамках общей иерархии); в России эта задача, видимо, сегодня невозможна по многим причинам

одна из них: вертикаль власти, абсолютная власть – слишком старая традиция (в этом плане, несколько смешно объявлять ее некой находкой, особенно в контексте обсуждаемой нами тут темы); это традиционная экстенсивная модель государства, где нет активной преобразующей миссии, нет творческой воли, система просто отвечает на запросы при наличии ресурсов; когда они закончены – наступает коллапс

для эстета это интересная модель, активизирующая чувство юмора (отсюда наши вечные анекдоты); дело в том, что в этой модели удушение творческого гражданина происходит совершенно автоматически, без конкретных санкций или действий властей

 

сами творцы, мыслящие архаично, ничего не понимают в происходящем; Высоцкий гениально выразил это состояние задолго до наступления «свободы» — одной строкой

Мне вчера дали свободу – что я с ней делать буду?

и вот, они снова пытаются организовать творческие союзы; как в известной басне Крылова, садятся так и эдак, меняют состав президиумов, а зачем они нужны, когда задача осталась прежняя: сосать бюджет? в стране нет ни одного серьезного литературного агента, антрепризы или продюсера, их услуги не нужны; я уж не говорю о настоящей философии, аналитике – в этом свободном пост-совке для них нет ниш

неспособность осмыслить ни историю, ни литературу, ни существующую реальность, полное отсутствие концептуальной мысли, устремленной в будущее (обычно она работает по имеющимся калькам, и очередные «реформы» или «модернизации» не вызывают ничего, кроме сарказма)

и вот, сижу я перед экраном и думаю: зачем я пишу все это?

видимо (я надеюсь), мыслящий человек всегда принадлежит иерархии – которая на самом деле никогда не может быть совершенно отменена никакими «вертикалями» или горизонталями, или прочими простыми прямыми; так вот, мыслящий всегда принадлежит иерархии и никогда – вертикали; которая обрекает всех, в том числе и страну в целом, на топтание на месте, вечный застой; только фазы его меняются, не меняя сути процесса

 

попробуем сравнить две фигуры; первая – пирамида, именно ее некоторые современные авторы представляют как иерархию; это авторы, у которых тоталитарное мышление… на самом деле пирамида – это и есть вертикаль

мне нравится эта фигура! это мертвое нагромождение камней, которому самые разные ушлые умы сегодня придают то значение космических маяков, то неких посланий; тут можно придумать что угодно; потому как на самом деле на сегодняшний день пирамида – это просто гора камня, где вершина давит на основание и существует только благодаря ему; это система вертикали, где немногие управляют безгласной массой

если вы осуществите давление или пошлете, например, звуковой сигнал, команду, то волны будут затухать, расходясь от центра – так и происходит в подобной системе управления, где ни одно из решений не может быть реализовано оптимально; творческая активность… но о чем мы говорим!.. пирамида – это вообще-то могила

в иерархии совсем другая ситуация; это полицентричная многоядерная структура концептуального функционирования; ее я могу изобразить как сочленение разных фигур в едином соподчинении; эти фигуры – центры разного профиля и тематики, которые вырабатывают идеи, исследуют и пр.

вообще, если в пирамиде власти главное – команда, которая расходится разом по всем слоям и структурам, то в иерархии эти структуры творческие, они не нуждаются в прямом управлении, скорее, напоминает семя, брошенное в готовую почву…

 

итак, сравнение; посмотрим, что делают самые разные люди в двух этих структурах

 

Иерархия Вертикаль
В университетах исследуют, идет творчество нового знания Реализация данных учебных программ, чистое обучение профессии
Коммерсанты воюют за рынки, организуют высокотехнологичное производство Хватают куски, скупают земли, ресурсы, непомерный рост богатства, мертвого капитала
Писатели пишут книги Борются за свободу
Политики ищут новые идеи, формируют прогрессивные программы, созидают, работают с населением Критикуют власть, разрушают
Интеллигенция в целом занята производством интеллектуального продукта Занята темой распределения, проблемой справедливости и свобод
МВД обеспечивает безопасность граждан Безопасность государства от граждан
Армия совершенствует боеготовность; машины вместо людей Школа всеобщего подчинения, при этом «главное оружие – солдат»
Технологии – это область изобретения, совершенствования жизни Механическая имитация

Школа воспитывает личность, развивает дарования, вводит в жизнь

Готовит странную серую массу, набитую знаниями
Наконец, власть координирует, финансирует, защищает Управляет непосредственно всем, подавляет, командует

 

как видим, почти ничего общего; у такой власти всегда комплекс, вечный принцип Питера, и потому она никуда не ведет страну: пирамида никуда не двигается, не развивается, вечный статус кво…

такая власть действует тем или иным насилием, заставляет, принуждает 5

это происходит в самых разных формах и, так сказать, часто без воли власти (тут уже не первый раз у нас мелькает интуиция власти, которая не имеет своей воли, но действует механически, инстинктивно, по закону вертикали); к примеру, в начале этого века в московских школах пошла волна новшеств: хотели провести «реформу образования»

там было много интересных идей, взятых на Западе: исследовательские проекты, компьютеры, единые тесты, новые предметы, творческие мастерские, программы развития дарований и пр., и каким-то странным образом прижился только этот несчастный ЕГЭ, остальное все кануло в Лету; почему же?

да потому что эта система работает вся по единому закону, стандартные механизмы и технологии; она не терпит никакого творчества, никаких инициатив; ЕГЭ – это им понятно, единый тест, демократия; а всякие проекты – это нечто совершенно неведомое, они просто не способны понять важность этих замечательных технологий; которые, правда, требуют совершенно других учителей, методик, школ, и других чиновников…

вспомним закон Иерархии Света: «Иерархия не имеет ничего общего с насилием»; если она и применяет его, то во имя сохранения и развития системы, которое, разумеется, не идет линейно и бесконфликтно 6

в первую очередь, конфликты в зрелой иерархии объясняются разностью – той разностью традиций, сознания и идеологии, которые она, собственно, и взращивает и которые являются двигателем ее дальнейшего развития; пример? – не знаю лучшего, чем все эти конфликты в ЕС, на поверхности – море противоречий, однако в глубине, они-то и отражают жизнеспособность и творческий потенциал иерархии…

(кстати, я лично горжусь тем, что эту мысль я развивал в середине 80х гг., работая в одном престижном совковом научном институте; писал диссертацию, где именно, по юности да наивности, и пытался развить тему ЕС как творческой иерархии, которая будет развиваться и расширяться; разумеется, тему закрыли, а идеи рекомендовали забыть как необычайно глупые и близорукие)

в иерархии школа развивается по своим законам, а наука или производство – по своим; и это никого не коробит, нет никакой единой партийной линии, и в таких условиях совершенно иное значение получает компетентность; а в России кому нужна настоящая компетентность, если все по схеме?.. вот ее и нет нигде: тут надо уметь понимать команды, различать оттенки интонации…

люди по-разному смотрят на вещи… у меня эти бесчисленные туристы, которые пялятся на великую пирамиду, пораженные ее масштабами, всегда вызывали ироническую усмешку; ну в самом деле, съезжаются люди со всего мира, чтобы посмотреть на гору камня, самую большую в мире!.. впрочем, я же говорю: мы все по-разному смотрим на вещи

 

конкретная иерархия может охватывать учреждение, отрасль, группу, целое государство; в любом случае она обладает неким своим особым качеством, которое и привлекает к ней и делает ее полезной и привлекательной для самых разных агентов разных систем; они будут приносить в нее деньги, идеи, творческие проекты и силы

возьмем для примера область культуры (экономика и бизнес слишком изучены и в этом плане совершенно понятны); в вашей иерархии существуют свободные художники, некие объединения, свободно развиваемые традиции и концепции разных искусств; они оригинальны и неповторимы

только в таком качестве они интересуют всех других, потому что ваши оценки и проекции известных в других системах идей или образов будут совершенно неповторимы, от вас пойдет приток новых идей и даже новых жанров – так было с восточным влиянием во Франции в конце XIX в. – и с обратным влиянием Европы и мн. др.

Европа оценила Достоевского и Чехова по-своему, нам объясняя нас, но к сожалению, и эти оценки, и отечественные гениальные книги ХХ века о русских классиках остались непрочитанными: примитивная плоская культура не может перерабатывать идеи: их до сих пор все «спускают сверху»; а когда не спускают – их просто нет

зрелая, плодоносящая культура – это развитая иерархия, способная включать любые влияния, перерабатывать любые ценные идеи, включенная в более глобальные иерархии как важный элемент развития

и тут самое интересное: мы сами продукт иерархии, и наше сознание может быть иерархическим – то есть, включать все богатство смыслов, разнообразие интересов – попросту, культурное сознание; или оно будет линейным, с главным кодом поведения, заложенным с детства и на всю жизнь; не пытайтесь обсуждать с таким человеком незнакомые ему темы, разные «высокие материи», анализировать и пр. — ничего не получится, кроме бездарного спора…

главное свойство иерархии – полнота, определяющая синтез и сосуществование значимых сущностей; эта полнота вовлекает новые и новые группы населения в активные преобразования; тут же существует тупое подчинение и безгласность; кстати, сама знаменитая гласность ничего почти не меняет в сути системы – лишь систематически проявляет эту суть, вызывая резкое раздражение у мыслящего меньшинства – и я даже знаю одну такую страну

П. Клее. Мать и дитя

современная живопись – совершенно иное событие; это тоже эмблема, но иного рода; это не иллюстрация, но реальный отпечаток бытия; главное изменение в том, что путь к культуре стал слишком сложен, и общего пути туда нет

как в русской сказке, герой должен отыскать свой путь и выполнить свой подвиг, чтобы войти во дворец в качестве полноправного человека; при этом мы все правим своей судьбой сами, находясь в общем поле современной культуры: соединение, но не слияние

искусство протекает параллельно жизни, тому, что люди называют «реальностью»; дело в том, что мы, люди искусства, сомневаемся, где, в какой параллельной вселенной, больше этой самой реальности

Клее показывает, как в современном мире смяты традиционные иерархии, и мы находим новые органичные формы близости, взаимодействия и понимания, и эта проблема уже не стоит перед массой…

П. Клее. После наводнения

возможно, осознание опасности хаоса и поиск новых иерархий – одна из важнейших тем для современной мысли

 

Дополнение

классические цитаты из гневной и прекрасной книги Н.А. Бердяева

Всякий жизненный строй – иерархичен и имеет свою аристократию, не иерархична лишь куча мусора и лишь в ней не выделяются никакие истинные качества 7

Высшая духовная аристократия есть царство святости, гениальности и рыцарства, царство великих и благородных, высшая человеческая раса

Поистине, в свободе есть скорее что-то аристократическое, чем демократическое. Это ценность – более дорогая человеческому меньшинству, чем человеческому большинству, обращённая прежде всего к личности, к индивидуальности. В революциях никогда не торжествовал либерализм. Не только в социальных, но и в политических революциях он не торжествовал, ибо во всех революциях поднимались массы. Масса же всегда имеет пафос равенства, а не свободы. И большими революциями всегда двигало начало равенства, а не свободы


1. Т. Гоббс, «Основы философии», т.3, с.375

2. Т. Гоббс, «Основы философии»: «масса не может обещать, вступать в соглашения, приобретать и переносить право, совершать, иметь…» (336)

3. Еще он (Т. Гоббс, «Основы философии») пишет: «государи, допускающие существование партий, по существу впускают в собственные стены врага, а это противоречит благу граждан и тем самым естественным законам» (408)

4. Ф. Ницше, «Так говорил Заратустра», с.54

5. Разумеется, если иерархия предоставляет этносам, например, или творцам определенные ниши, вертикаль их давит — или насильно спаивает в «союз»; эти понятные и банальные эффекты известны всем

6. Иногда глупость человеческая (а чаще демагогия) заходит так далеко, что трудно объяснять какие-то простые вещи; насилие насилию рознь, и очевидна разница между разгоном хулиганья в городе Париже и когда честных граждан мордой в снег etc.; кто разницы этой не понимает, объяснять совершенно бесполезно: такой человек мыслит не категориями логики, а картинками

7. Н.А. Бердяев, «Философия неравенства»

23 августа 2019

Показать статьи на
схожую тему: