ГлавнаяARTEИдеиФилософия в цветеЖиль Делез. Поэзия повтора

Жиль Делез. Поэзия повтора

мы не любим повторов, стремимся к новому – черта поверхностных натур; повторение имеет огромную утверждающую силу; Хайдеггер писал, что повторение понимает как «постоянное открытие возможностей, через которые оно преобразуется и только так сохраняется в своем проблемном содержании» 1

ничего невозможно понять с первого раза, и каждое рассмотрение явления – новый подход, на новом уровне, и вероятно, именно умение настроиться на новый взгляд, не уподобиться вчерашнему, искусство свежего интеллектуального зрения – черта настоящего мыслителя и художника

ведь художник по сути повторяет свой стиль в разных вариантах – таким образом он ищет, формирует, реализует его — вечное возвращение…

так работает фовист, раз за разом зажигая эти яркие цвета, пытаясь в едином порыве достичь свечения единой, целостной Природы – и снова откатываясь в человеческое обыденное монохромное созерцание… потому что мы не можем быть на этом уровне – можем лишь подняться до него; каждый раз подниматься, возвращаться к нему; и еще неизвестно, порок это или нет, потому что бессознательное свечение природы видимо лишь нашему взору – просветленному взору Возращения…

потому что на самом деле это вовсе не природа, а природа во мне – моя эмоция, мой духовный порыв, который я не могу выдержать – вспышка! – и все снова гаснет

Делез утверждает, что и само бытие – это «повторение, возобновление бытующего» 2, то есть бытие не есть какой-то сплошной и непроницаемый процесс, мыслить так означало бы просто отказ от анализа – и от бытия — и только вечное возвращение бытийно в истинном смысле: «все возвращается, потому что ничто не равно, все плавает в собственном различии, неравенстве и несходстве даже с самим собой»

и даже в композиции, в расположении цветов у Дерена или Вламинка мы видим это различие цветов и форм — единственную основу синтеза: художник расщепляет природу на атомы, чтобы вновь соединить ее, различие во имя повторения, во имя осуществления бытия; у него нет иного способа быть…

то есть, надо понять: это не просто стиль – это способ бытия, потому он так убедителен для человека ХХ века…

И если вечное возвращение даже ценой нашей цельности и во имя высшей связности низводит качества к состоянию чистых знаков и сохраняет от простора лишь то, что сочетается с изначальной глубиной, тогда появляются качества еще прекрасней, цвета – ярче, камни – драгоценнее… потому что, порвавшие всякую связь с негативным, они навсегда останутся подвешенными в интенсивном пространстве позитивных различий…

прекрасный отрывок; художник – тот, кто никогда не будет цельным, и в этом главный парадокс творчества, потому что его задачей и целью является именно создание цельных опусов; однако между мной и произведением бездна, и выплевывая опусы, дух мой танцует на свободе, становясь все легче – как у Дали, где монумент извергает образы –

и я не зависим от них, все более свободен и способен к возвращению, к новому творчеству из той самой изначальной глубины, где танцует светлый маг Заратустра, где различия, контрасты так несовместимы, само бытие так трагически безысходно, что я знаю: я никогда не смогу реализовать свою мечту, свою Идею

и потому мой танец в Вечности

М. Вламинк. Баржа

часто вы видите их пейзажи как пульсацию 2-3 цветов, прерывистую речь, нервные вскрики цвета, такой этюд делается за 20 минут, и потом художник не помнит, что он писал и что хотел сказать – припадок, пароксизм бытия, вспышка мечты, свободная краска в творении

чистый цвет стал их богом, они пытались освободить эту бешеную энергию (les fauves — дикари), они отвергли весь мир с его гомогенными структурами, его непрерывностью времени и пространства, цивилизацией и пр. — остались наедине с цветом, который сжигал линию, бушевал на грани хаоса

и была в этом какая-то особая безумная музыка, вечное томление по совершенству и исчезновение Живописи, ее превращение — в безумие… и потому сегодня коллекционеры бережно хранят эти странные этюды, где трудно узнать очертания предметов; эту чистую Живопись, божественные припадки гениев – в век, когда мы уже поняли, что ни один предмет и ни одна тема на самом деле ничего не стоят, а все наши «ценности» оказались — пустотой

это искусство призывает хранить живые чувства, живые эмоции, человеческие отношения и связи, неповторимость жеста и выражения – то «слишком человеческое», которое становится привычкой, гаснет…

все искусство этого века – попытка удержать человеческое, не упасть в этот муравейник у нас под ногами; потому что, упав туда, ты теряешь все эти волшебные свойства, выходишь из круговорота мироздания и превращаешься в прах


1. М. Хайдеггер. «Кант и проблема метафизики». М., 1997, с.119

2. Ж. Делез. «Различие и повторение». М., Петрополис, 1998, с.248

23 ноября 2019

Показать статьи на
схожую тему: