ГлавнаяARTEИдеиФилософия в цветеМакс Вебер. Восприятие

Макс Вебер. Восприятие

Довести до сознания эти параметры, которые находят свое выражение в конкретных оценочных суждениях, — последнее, что может совершить научная критика, не вторгаясь в область спекуляции. Должен ли выносящий свое суждение субъект признать свою причастность к упомянутым ценностным параметрам, решает он сам. Это дело его воления и совести, а не проблема опытного знания 1

иначе говоря, мне дают «параметры» и «критерии», и только тогда готовы меня выслушать; только как же оторвать оценочные суждения, любые оценки и мнения от параметров; я по своим критериям сужу, и любые параметры в гуманитарном деле, в человеческом восприятии – штука условная и неверная

все это бесконечные и безнадежные попытки «спасти науку» от «спекуляции», то есть чисто человеческого, субъективного подхода, от моей фантазии и творчества – запихнуть в рамки и критерии

при этом, и сами «ученые» оказываются в этой клетке и уже не могут из нее выйти, чего ради? – ради святой науки и ее великой истины, которая на самом деле лишь в умении держаться в рамках критериев и не позволять себе ни шага в сторону, я всегда полагал такой подход убожеством…

Попытка утвердить свои оценочные суждения вовне имеет смысл лишь в том случае, если этому предпослана вера в ценности. Однако, судить о значимости этих ценностей — дело веры, быть может, также задача спекулятивного рассмотрения и толкования жизни и мира с точки зрения их смысла, но уже, безусловно, не предмет эмпирической науки

но я снова не понимаю: какое же значение имеет оценка или критика, если не базируется на вере в ценности, на общие ценности? – а если без них, так кому нужны такие оценки и какое значение они могут иметь? – только негативное и разрушительное

…мировоззрения различных людей постоянно вторгаются в сферу наших наук, даже в нашу научную аргументацию, внося в нее туман неопределенности, вследствие этого по-разному оценивается убедительность научных доводов

это слово – убедительность – важное: на самом деле, именно убедительность и важна, однако, снова, это категория отнюдь не «строго научная»; может, я просто вижу мир по-своему, и именно мой субъективный взгляд и важен; в физике или биологии важен результат опыта и объективное знание, там мнение или даже гипотеза играют меньшую роль – тут их роль ключевая

это сложные явления, которые можно увидеть лишь с определенной точки, только лично, иначе воцаряются безликие банальности и общие слова; Вебер тоже признает это, и более того, масштаб проблемы не снимает и не отменяет личного:

Одно, во всяком случае, не подлежит сомнению: чем «более общий» характер носит проблема, о которой идет речь (здесь это означает: чем дальше проникает ее культурное значение), тем менее она доступна однозначному решению на материале опытного знания, тем большую роль играют последние сугубо личные аксиомы веры и ценностных идей

но это именно и можно сказать о любой практически гуманитарной проблеме или теме, чье культурное значение ее и определяет

Мы сами призваны создать этот смысл, что «мировоззрения» никогда не могут быть продуктом развивающегося опытного знания и, следовательно, высшие идеалы, наиболее нас волнующие, во все времена находят свое выражение лишь в борьбе с другими идеалами, столь же священными для других

синкретизм неизбежен

В той мере, в какой она прослеживает один специфический элемент явлений культуры, элемент экономический, в его культурном значении, в рамках самых различных культурных связей, она стремится к интерпретации истории под специфическим углом зрения и создает некую частичную картину, предварительное исследование для полного исторического познания культуры (362)

историческое познание экономического элемента культуры – это каша гурьевская, попытка объять необъятное под знаменем «научной» конкретности; при этом есть опасность расплыва терминов

Анализ социальных явлений и культурных процессов под углом зрения их экономической обусловленности и их влияния был и — при осторожном, свободном от догматизма применении, — останется на все обозримое время творческим и плодотворным научным принципом

возникает ощущение, что «научный анализ» такого рода неизбежно бывает намеренно ограничен понятым и принятым, сферой и горизонтом идей данного ученого или коллектива; в нем слишком много вовне – слишком мало самого исследования — познания

и если в естествознании ученый базируется на сумме фактов, тут собственно факты очень условны и главная роль за интуицией, огромным количеством чисто субъективных, творческих движений, гипотез, наитий – тут больше открытий, больше прорывов

Р. Магритт. Человеческое состояние

из тьмы истории, из Платоновой пещеры своего сознания человек выносит идеалы и водружает их в горном (горнем) мире искусства; творчество отличается этой цельностью знака, в котором выражает целые эпохи, громадные понятия, не заботясь о «научной достоверности»

мое сознание схватывает мир целиком, однако при попытке передать ощущение получается отрывок, эскиз, этюд; я не могу передать другому ни одного ощущения, ни одной мысли целиком! – сплошные искажения и обрубки — да я даже обычного события не могу описать адекватно, вычленив его из массы исторического процесса

Даже при всеохватывающем знании всего происходящего нас поставил бы в тупик вопрос: как вообще возможно каузальное объяснение индивидуального факта, если даже любое описание наименьшего отрезка действительности никогда нельзя мыслить исчерпывающим? Число и характер причин, определивших какое-либо индивидуальное событие, всегда бесконечно, а в самих вещах нет признака, который позволил бы вычленить из них единственно важную часть 2

в этой установочной статье для журнала «Архив» Вебер все время пытается раздать всем сестрам по серьгам, не упустить «объективного критерия» и, тем не менее, он понимает, что это гуманитарное знание особое; решусь высказать главное: гуманитарных наук не существует и не может быть, чем более вы настаиваете на строгом научном знании, тем дальше вы от истины, настоящей истины творческого познания мира; однако таков немецкий ум: боится свободных суждений…

Серьезная попытка «непредвзятого» познания действительности привела бы только к хаосу «экзистенциальных суждений» о бесчисленном количестве индивидуальных восприятий

эти идеи в значительной мере оказались преодолены средствами творчества; сюрреализм, собственно, и стоит на идее абсурда, не боится несовместимости – в первую очередь, наших сознаний и восприятий, общий язык культуры невозможен, и от человека требуется слишком огромное усилие самопознания и творчества, чтобы достичь какой-то высокой степени самовыражения

 

все-таки Вебер утверждает личное, субъективное во главе угла:

Порядок в этот хаос вносит только то обстоятельство, что интерес и значение имеет для нас в каждом случае лишь часть индивидуальной действительности, так как только она соотносится с ценностными идеями культуры, которые мы прилагаем к действительности (376)

Магритт пишет этюдник, на котором стоит этюд пейзажа – на фоне реального пейзажа (который тоже, вторичным образом, оказывается всей картиной); творчество — это единственный способ победить хаос, организовать – преобразовать энергии в нечто осмысленное, некое значение

«Культура» — есть тот конечный фрагмент лишенной смысла мировой бесконечности, который, с точки зрения человека, обладает смыслом и значением… Трансцендентальная предпосылка всех наук о культуре состоит не в том, что мы считаем определенную — или вообще какую бы то ни было — «культуру» ценной, а в том, что мы сами являемся людьми культуры, что мы обладаем способностью и волей, которые позволяют нам сознательно занять определенную позицию по отношению к миру и придать ему смысл (370)

а смысл ему придать возможно лишь переосмыслением, человеческим освоением и преобразованием; при этом, например, вы не получите окончательный и убедительный ответ о значении некоторых картин, как и о значении ваших собственных ощущений

человек – тайна, и «наука» может только снять эту тайну – искусство, напротив, утверждает ее; стоит на том, что только тайна, прикровенное, метафизика – основа любого настоящего познания, отсюда неизбежное ограничение творческого усилия при безграничном масштабе задачи

Он с самого начала, в силу ценностных идей, которые он неосознанно прилагает к материалу исследования, вычленил из абсолютной бесконечности крошечный ее компонент в качестве того, что для него единственно важно (380)

 

стекло разлетелось и на нем застыло мгновение жизни; передо мной две реальности; моя интуиция, плод моего «познания» — глядя на эти картины, не могу употреблять это слово без кавычек – и «реальность», мир за окном; мое ощущение, моя картина мира – всегда условна

я понимаю это, и каждое новое ощущение или творческое усилие разбивает предыдущее, сплошные осколки и ничего окончательного, никакой «объективной истины»; тем не менее, ситуация не безнадежна: познание – ложь, гипотеза, да, однако с его помощью я все-таки пробил окно и смотрю на реальный мир

Р. Магритт. Ключ к полям

главное – не переоценивать свои силы, немного упования, немного иронии, и дело сладится; творческий человек вообще допускает слишком много условного, непонятного; он мыслит парадоксами и отличается от ученого отсутствием страха; впрочем, мне кажется, таковы и настоящие ученые

такие люди вращаются по своим орбитам, в отличие от космической пыли и всякой дряни, которую прибивает к единой орбите в виде туманности, массы или потока; они поставили перед людьми (перед теми, кто всерьез претендует на это звание) решительную дилемму

только в творчестве человек становится самим собой

сидя в этой каше и развесив по стенам офиса картины Магритта в качестве мгновений истинной жизни, непостижимой и тайной, вы вряд ли добьетесь нужного результата; нужно войти в иное измерение, что, как вы понимаете, меняет все координаты и все условия задачи

вот еще один миг Магритта: в недрах данной реальности, данного мгновения могут содержаться иные миры и совершенно иные состояния; это вертикальное измерение мироздания, и когда слушаешь иные общие рассуждения «научного» характера, создается впечатление, что говорят люди с намеренно закрытыми глазами

о чем вы, г-да, у вас там целые куски вашей «реальности» выпадают и шлепаются на пол!

Р. Магритт. Поцелуй

 

Дополнение

возможно, нам предстоит развить совершенно иной взгляд на мир; эта интуиция все шире распространяется в кругах самых разных серьезных исследователей и мыслителей, которые все критичнее судят о современном обществе, чей культурный уровень вызывает все большую тревогу

человек теряет масштаб сознания, широту кругозора, и наводят на размышление эти люди, замкнувшие свой мир экранчиком, в который они уставились неотрывно, чтобы переместиться полностью в виртуальный мир, потерять себя, стать безликой частицей, путешествующей по лабиринтам сети

это ситуация предельной опустошенности, полной утери каких-либо духовных или культурных координат, по сути – вырождение; никаких вертикальных измерений — одно скольжение по поверхности

и люди все чаще бьют тревогу, критически оценивая эту зависимость от технологии; однако мы лелеем надежду, что цикличное развитие человеческой цивилизации в настоящее время несет нас на новый круг, на котором исключительно субъективное восприятие будет доминировать

собственно, технологии, эти мощные средства коммуникации – необходимая основа именно для такого перехода, так что сегодня вся эта ситуация напоминает мне роскошный дом, в котором предусмотрены все удобства, однако нет пока жизни

знаете, атмосфера на стройплощадке: тянут провода, идет отделка, пробуют давать ток, система сообщения работает, но пока никто не сообщает ничего важного, просто деловая информация: куда что нести и где что заделать; короче говоря, тут пока идет работа, а не жизнь

есть много людей, которые путают жизнь и технологию жизни, они возводят фасады и показывают, как бурно и интересно они живут, демонстрируя скорость, качество, комфорт – в нашем доме все это лишь демонстрация удобств будущим жильцам

однако жильцы знают, что им нужно, и у каждого из них какие-то свои, непостижимые мечты и образ жилья, и мне трудно продать им стандартные квартиры; я понимаю, что мои рассказы о удобствах – лишь необходимые речи, которые я должен говорить, а они – слушать; не эти речи решают дело

а решает все равно тот образ, который они выстроили, атмосфера жилья, тепло и покой; именно люди придадут дому неповторимое очарование жилья, без них это просто коробка, набитая арматурой и техникой

дом ждет жильцов


1. М. Вебер, «Объективность» социально-научного и социально-политического познания», с. 349

2. М. Вебер, «Объективность» социально-научного и социально-политического познания», с. 375

29 ноября 2018