The Human Condition

The actual tree in the landscape — you can’t see the tree itself. You can see the tree in the painting — right there. But you know the real tree is there behind the painting, because your mind projects it out there in the real landscape. The logic of the painting demands this. You picture it in your mind. And that is also how you see the real world in everyday life: you see the world as being outside yourself, but what you actually experience is a mental representation — (he taps his head) — a mental event, inside, in here.

When looking at the painting, you can wonder about what is imagined and what is real. Is it about the reality of appearances or the appearance of reality? What really is inside, and what is outside? What do we have here: reality, or a dream? If a dream is a revelation of waking life, waking life is also a revelation of a dream. 1 

ему нужна условность, сохранить условность происходящего, снять абсолютную уверенность, которая содержится в любой философской формуле – мыслю значит существую – да, но на сколько процентов?..

Р. Магритт. Человеческий удел

реальность…

она ускользает раз за разом, что она такое? – вечный вопрос №1 философии, и недаром: все наши порывы, чувства, планы, уверенность или неуверенность, победа или поражение – все зависит от него

человек созерцает пейзаж за окном, но это созерцание – тоже картина, а не сам пейзаж (привет от гениального епископа Беркли) – и поэтому я воздвигаю преграды, и они самые естественные; я просто глубоко вчувствовался в собственные ощущения, вот и все; то есть, иначе стал мыслить – и совершенно иначе существовать

человеческое сознание пребывает в состоянии неопределенности, хранит загадки, не выявляет всех таинств и таким образом наращивает в себе громадный творческий потенциал

For me it’s all about providing something to think about, maybe in a certain way as well. But what my paintings give to think about cannot be conveyed with words. I’d have to remain silent in order to be genuinely sincere. Not sincere, but… So that I don’t talk just to say nothing.

то есть, нужны смыслы, тайны – это хорошо, но для того они и существуют, чтобы их постепенно раскрывать; не надо беспокоиться: эти тайны слишком похожи на Танталовы плоды…

но только там и только так можно добыть настоящее содержание

As for me, a painter, I think that I can only show people the appearance of things, that which is visible. But, these visible things cannot exist without mystery. For me it’s also about realism, in the sense that the most important thing for me is what is real. Reality, real things. But real things are not the vulgar and easy things of our immediate surroundings. What’s genuinely real, there’s only a certain time when we get that feeling. And that’s what I try to express with my paintings.

важное пояснение: конечно, мы знаем, что настоящая реальность незрима, она в нас: мое представление в сто раз реальнее этого леса или поляны, хоть потому что там вот меня и моего сознания нет, а значит ничего по сути — нет

ощущаю реальность в моменты просветления, вдохновенно, да иначе туда и не проникнешь – об этом любая русская волшебная сказка

Everything we see hides another thing, we always want to see what is hidden by what we see. There is an interest in that which is hidden and which the visible does not show us. This interest can take the form of a quite intense feeling, a sort of conflict, one might say, between the visible that is hidden and the visible that is present.

изображать вещи стоит ради того, что изобразить невозможно; сами вещи ничего не значат и не стоят, важно то, что за занавесами, за масками, невыразимое; то же делает мыслитель, который решится пойти по его пятам и чуть дальше…

но ведь постичь, разъяснить, понять до конца невыразимое, понять тайну нельзя? – верно, нельзя, только на этом наше сознание ни в коем случае не останавливается – это и было бы остановкой всего, смертью искусства – и человека

задача идти вглубь невыразимого, ни в коем случае не подводя итогов, это и значит идти вглубь человеческого, становиться людьми; этот процесс нашего сотворчества противостоит политике, радиоведущим и пр. дряни – и у меня впечатление, что никто более им уже не противостоит

I despise my own past and that of others. I despise resignation, patience, professional heroism and all the obligatory sentiments. I also despise the decorative arts, folklore, advertising, radio announcers’ voices, aerodynamics, the Boy Scouts, the smell of naphtha, the news, and drunks.
I like subversive humor, freckles, women’s knees and long hair, the laughter of playing children, and a girl running down the street.
I hope for vibrant love, the impossible, the chimerical.
I dread knowing precisely my own limitations.

мы живем в мире суррогатов; не надо путать культуру с матрешками или народными хорами, это серьезное дело, которое требует подвига и глубины; декор – способ отвлечения и украшения, как таковое украшение идет против настоящей красоты

она за занавесами, за масками

Р. Магритт. Прекрасный мир

We are surrounded by curtains. We only perceive the world behind a curtain of semblance. At the same time, an object needs to be covered in order to be recognized at all…

предмет должен быть сокрыт, чтобы его можно было распознать

поразительно мыслят эти гении, идут в одном верном направлении, выражая его разными образами и словами; сокрытие есть дело моего сознания, как и раскрытие, эти два процесса идут в диалектической тесной связи и взаимно обусловлены

 

и собственно, тут дилемма: как строить мое представление? – вы же повторяете, что мир театр, сцена, так? – значит, вот эта сцена и плод знания, до которого вы на самом деле никак не можете добраться…

и ваше представление о мире строится сложным образом, он система планов, как в театре, ведь там все эти кулисы и занавесы и задники скрывают актеров, сущности укрыты за эмблемами, и такое представление ближе к живой реальности, чем обыденный взгляд из окна

на его картине занавесы, вроде бы, загораживают небо, но на самом деле это формула творчества: они это небо воспроизводят в человеческом, живом представлении, чистая феноменология

the mind loves the unknown; it loves images whose meaning is unknown, since the meaning of the mind itself is unknown

вот вопрос: кто мудрец? – большинство, вероятно, вполне уверено, что это какой-нибудь ученый, ему по чину положено; конечно, это наивное мнение, Ницше когда еще отметил, что ученые боятся и не любят открытий, мудрости и вообще это о другом…

но кто же мудрец: открывающий истины, разъясняющий, формулирующий ясные законы – или, напротив, тот, кто умеет представить ту целостность мироздания, которую пока человек выразить не в силах; тот, кто хранит тайны и ценности

ответ, конечно, понятен; надо вернуться к тайне

мы ее утеряли, это был век рацио, когда все объяснялось, а на самом деле насколько он приблизил или отдалил нас от главных загадок? – конечно, отдалил и на огромное расстояние; Магритт возвращает тайну, он говорит: вы ничего не знаете о главном и нечего утверждать ваши банальности и изучать с важным видом мелочи; вы слепые

в телеинтервью он говорил о утере поэзии, о том, как она снижала уровень и превратилась в прозу; однако без поэзии и мистики, без взлета и таинства нет человека и нет вообще никакого познания

в связи с этим, мы видим снижение самого уровня знаний, превращение обучения в серии фактов, которые уже вообще не имеют никакого значения: мы наблюдаем уничтожение гуманитарной культуры: она уже не по зубам прагматичными алчным юнцам

культура угасает; это верно еще и потому что собирается не только мудрость или красота – глупость и гордыня и прочие бесы собираются еще быстрее и захватывают пространство нашего сознания, так что оно слепнет и туда уже не пробиться

This is how we see the world. We see it as being outside ourselves even though it is only an idea that we experience inside ourselves.

я вижу в его словах смысл, потому что главный-то смысл в образах; современный человек стал человеком без внутреннего мира: они склонились над гаджетами даже в метро, в переходах, не отрываясь ни на секунду – ни секунды не мыслят, ни секунды не бывают в себе

мир, для них, есть чисто внешняя махина, и поэтому он совершенно лишен смысла; я не понимаю, что у них в головах…

Магритт в стороне от всех этих ужасов, угроз, тревоги, которыми пронизана современная жизнь и культура

I leave to others the business of causing anxiety and terror and mixing everything up.

сохранить чистоту восприятия, высоту фантазии, в общем, это базовая задача современного сознания: сохранить себя как человека

именно поэтому мы отвергаем все видимое и понятное, что вы утверждаете как торжество – чего там – демократии, справедливости, красоты и пр. ложь, привычную вашу ложь; и утверждаем тайну, озарение и прорыв в мир иной, мир истины

это мой мир, а там – мир Магритта, мы не только не стремимся слиться в едином понимании, но бережно храним собственные фантазии и идеи; их невозможно передать никому другому: сущность современной культуры, ее уникальность и значение именно в этом громадном пространстве смыслов, галактике значений

и я никогда не смогу вам объяснить до конца ни одной идеи, но парадокс в том, что в вашей ясности нет толку, она вам не помогает решить самые простые проблемы, а вот в нашей тайне — решение их всех!..

к сожалению, вам нужно еще прожить тысячу лет и много катастроф, чтобы это понять; и я не уверен, что это событие состоится, потому что вы слишком уповаете на обучение, на разум, на единство мнений…

Необходимо молчание разума, чтобы лечить чудовищ (М. Фуко)


1. Отрывки их интервью Магритта

29 сентября 2017

Показать статьи на
схожую тему: